Я тебя верну

И дикий страх, что Данил узнает о Мире и что-то мне сделает, — иглами в душу впивается при одной только мысли.

Эта ложь меня изводит, терзает. Напряжение на нервы действует. Кроме того, я маюсь, гадая, о чем он хотел со мной поговорить.

Не о погоде же?

— Как день прошел, Марин? — улыбается Алексей, едва я сажусь в его «Киа-Спортейдж».

Лёша тянется, и мы легонько целуемся в губы. Так как я работаю в деканате, не разрешаю бурно демонстрировать чувства на территории университета. Со мной столько заморочек, что сама бы давно себя бросила.

Но Лёше как будто это нравится. Строгие правила. Он улыбается шире, и я чувствую, как внутри разливается тепло.

— Нормально. — Хвастаюсь добытыми шоколадками. — Соскучилась. Как у тебя дела?

Машина трогается. Алексей рассказывает о своих парах, мы смеемся. Болтаем обо всем подряд. Я знаю всех его одногруппников, в курсе всех приколов группы. На светофоре он открывает шоколадку и запихивает в рот несколько долек. Обожает сладкое, как и я.

Дальше мы слушаем музыку. Молчим. В какой-то момент Алексей делает потише и произносит:

— Марин, есть просьба к тебе.

Выглядит при этом на редкость серьезным. Легкие темы на сегодня закончились?

— Так, — напрягаюсь я.

— Скажу сразу, мне это не нравится. Но отец настоял. Либо я тебя попрошу, либо он сам наберет. Тут я психанул, мы поссорились.

— О боже! Лёша, что случилось? — пугаюсь я. — Не нужно ссориться из-за меня с папой. Ни в коем случае!

— Отец хочет поговорить с тобой о Миронове, — пожимает Лёша плечами.

Ему это неприятно. Не нравится обсуждать со мной бывшего. Не нравится самому начинать эту тему.

— О Миронове? — переспрашиваю.

— Да. Я ему не говорил, что вы когда-то в прошлом недолго встречались. И ты лучше не говори. Но батя зацепился за тот факт, что вы из одного села. В общем, он ждет нас у себя в офисе. Блть, — добавляет Алексей через громкий вздох.

Я кладу руки на колени, смотрю на свои короткие ногти. Всегда мечтала о длинных, но жизнь сложилась так, что наращенных ногтей у меня так ни разу и не было. А сейчас уже и разонравилось.

О ногтях думать безопаснее, чем о секретах. И о том, зачем они могут понадобиться отцу Лёши.

— Я просто не понимаю, чем могу ему помочь. На хуторе живет около двух тысяч человек, в станице еще тысяч двадцать. Если Игорю Анатольевичу нужна информация, не проще ли поискать источник там? Я три года не была на родине и ехать туда не собираюсь.

— Я ему так и сказал. И ты тоже повтори, окей? Тогда он успокоится и отстанет от нас.