Где я, там смерть

Это гордыня! Ты хочешь разрушить семью, сделать несчастным своего сына только из-за своей гордыни!

— Вы многого не знаете…

— Я знаю самое главное — мой сын тебя любит! Да, он не ангел, с ним тяжело, он бывает невыносим, но он тебя любит, и ты ему нужна! Я по себе знаю, какого это, когда тебя бросает любимая женщина, и я не позволю тебе так поступить с моим сыном. Его бросила мать, не хватало еще, чтобы и жена тоже! Тогда я ничего не мог поделать, но сейчас я не допущу…

— Я не вернусь к нему. Я уже решила."

"— Решила? — вдруг взревел он, заставив ее вздрогнуть от неожиданности.

 — Решила ты, когда выходила за него замуж! Вышла, значит живи! Нужно нести ответственность за свои решения, девочка, а не так — то хочу с ним быть, то не хочу! Мой сын, знаешь ли, не игрушка, которую, надоела — выбросила! Хочешь, не хочешь, а ты к нему вернешься. И чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше для всех.

— Привезите Патрика…

— Нет. Мы с Джеком поговорили и решили, что пока ему лучше побыть со мной здесь.

— Джордж, умоляю вас! Я понимаю, что вы поддерживаете своего сына, но не делайте это со мной… не помогайте ему меня заставлять…

— Ну, заставлять — это грубо сказано, — он ехидно усмехнулся.

 — Мы, конечно, не собираемся связывать тебя и силой тащить домой, и держать там в плену. Если ты так уж решительно настроена, ничего не поделаешь. Скатертью дорога. Катись на все четыре стороны. Одна. Потому что Патрик останется с нами.

— Вы не имеете права! Я его мать! Я…

— Не распаляйся, девочка, и не рассказывай мне о правах.

Уж об этом я получше тебя знаю. И скажу тебе, что чтобы ты не делала, ты не получишь сына. Можешь подавать в суд… только это даже смешно. Сама понимаешь, что ты не одолеешь нас, а тем более в нашей же стихии. Мы тогда вообще лишим тебя материнских прав и возможности видеться с ребенком.

— Господи, ну почему вы так жестоки со мной? — зарыдала Кэрол в отчаянии. — За что? В чем я-то виновата? Почему вы хотите наказать меня?

— Никто тебя не наказывает, девочка, — немного сбавил агрессивный тон Рэндэл.

 — Мы с Джеком просто не даем тебе совершить сгоряча ошибку. Куда ты собралась уходить, Кэрол? Куртни тебе больше не опора. А с моим сыном ты жила, горя не знала, в роскоши, в любви. Что еще тебе надо? Ты думаешь, ты сможешь сама обеспечить Патрика, дать ему все то, к чему он привык? Или надеешься найти другого мужчину, который будет любить твоего сына так, как его любит Джек? Не будь наивной, девочка. Не ломай жизнь ни себе, не своему сыну.