Лучше бы измена (СИ)

Мы переписывались половину апреля, а потом я тоже взяла академический отпуск и приехала к нему.

Вздохнув, я подняла взгляд на Никиту.

– Знаешь, все были против него. Родители, друзья, однокурсники.

Я хмыкнула, сделав глоток чая.

– Если бы я была против – не бросила из-за Вовы институт.

– Звучит логично, – со странной интонацией отозвался Никита. – Только я не об этом. Все были против него, но почему ты была «за»?

Я облизала губы, не зная, как сказать то, что не говорила даже друзьям.

– Я... – руки сильнее вцепились в чашку.

– Может, тебе чего-нибудь покрепче? – с каким-то пониманием, спросил Никита.

Я с сожалением вздохнула.

– Нет. Мне сегодня еще ужин для свекрови готовить. Завтра приезжает… Ах, да, ты же знаешь, – я криво усмехнулась, глядя на город, раскинувшийся под пригорком.

– Уверена? Один бокал тебе сейчас не повредит… Так, подожди меня буквально минуту.

Я пожала плечами, вернувшись к созерцанию вечернего города.

Солнце еще не спешило опускаться за горизонт, поэтому казалось до наступления вечера еще много времени.

Еще успею приехать домой, пообщаться с Вовой, приготовить ужин для его мамы… А главное, настроиться на наше с ней общение.

Как в сказке скребли по сусекам в поисках муки для Колобка, так и я буду собирать по крупицам спокойствие, уверенность и здоровый пофигизм. Они мне завтра понадобятся.

Неожиданно на плечи опустился плед, и только после этого я поняла, что меня чуть потряхивает. Непонятно только от холода или эмоций.

– Я думала, ты пошел за алкоголем.

Споишь меня и выведаешь все тайны, – неловко улыбнулась я Никите, присаживающемуся, напротив.

– Я умею слышать «нет», – улыбнулся он в ответ, а я на секунду подумала, что он вовсе не о моем отказе от алкоголя. – Так почему ты уехала с ним, несмотря на неприятие твоего парня окружением?

А я уж понадеялась, что он забудет, о чем мы говорили…

– Знаешь, – поправляя на себе плед, произнесла я. – Меня всю жизнь растили, как тепличный цветок. Все знали, кем я должна быть. Знали, с кем мне дружить, на какие секции ходить… А Вова… Он слушал меня.

Воспринимал такой, какая я есть. Он вообще отличался от привычного окружения.

– Отличница и хулиган? – насмешливо уточнил Никита.

– Не совсем хулиган, но все же. Вова стал моей первой любовью. А то, что никто в нас не верит – добавляло романтизма. Все как в романе Шекспира.

– Ощущала себя главной героиней? – проницательно взглянул он на меня.

– Еще как! – я хмыкнула, глянув на опустевшую чашку.