Джокер

Каждая из них. И новые, невыносимые, яркие, сумасшедшие. Нет никаких пределов безумию, разделенному на двоих. Где мы оба упиваемся нашей реальностью, непонятной никому. И перешептывания коллег за спиной. Невозможно удержать в тайне то, что разлетается огненными искрами по воздуху. Взгляд через стеклянную дверь на то, как он что-то отбивает пальцами по клавиатуре и сосредоточенно смотрит на монитор.

— Белозерова, ты хоть бы нас постеснялась. О вас весь офис судачит.

— О ком? — все еще завороженно глядя, как Джокер стучит длинными пальцами по клавиатуре, а у меня от движения его пальцев глаза закатываются.

— О вас с Гордеевым.

""Я тааак соскучилась, Джокер"".

Не удержалась. Отправила с сотового и увидела, как оторвался от монитора. На меня смотрит.

""Мы не нуждаемся в рецензии нашего фильма.

То, что ощущаем мы, другим не видно.

Сегодня молния и гром, завтра — мир.

Но мы по сторону экрана, что закрытый ширмой.

Мы вдвоем и нас давно уже накрыли волны.

Но мы живем, мы любим в этом мире огромном.

Миллионы глаз смотрят на нас.

Делят на Венеру и на Марс.

Мы наденем солнцезащитные.

Мы с тобой внеорбитные"".

© Юлианна Караулова — ""Внеорбитные""

И потом где-то на лестнице офиса, прижатая им к стене, с папками в руках, чьи-то голоса доносятся сквозь ватное безумие возбуждения только от его взгляда.

""— Так значит, скучала по мне? — и по телу ураган адреналиновых мурашек.

— Сумасшедший. Отпусти

— Сначала скажи, что скучала. Не писать, Принцесса. Говорить, — шепчет, покусывая мочку уха и скользя ладонью по ноге.

— Скучалаааа…

— Вечером покажешь как. Работать, Белозерова. Не расслабляйся.

— Ты меня уволишь?

— Накажу"".

Шлепок по ягодице, подмигнул и в свой отдел, а я отдышаться не могу. Домой. Нет не к себе. К нему. В его квартиру с ужасными обоями, с вонючим подъездом. А для меня — Рай на земле. Ведь там есть ОН. Там пахнет нами на простынях, в ванной, на подоконнике и столе, на старом ковре. Там хочется спать по ночам, ходить босиком в его рубашке, пить даже его невкусный чай и смотреть, как он рисует свои ужасные рисунки, запоминая каждую черту его лица, взмах руки.

Сущее безумие. Джокер, что же ты сделал со мной? Я помешана на тебе. Божееее, я люблю в тебе абсолютно все. Так не бывает.

Мчусь домой, бросая машину на обочине. Бегом по лестнице. От предвкушения сводит скулы. Не успела нажать на звонок, и он уже открыл дверь. Сегодня тьма в его глазах такая мягкая, бархатная с поволокой, вязкая до изнеможения.