Принцесса для босса. Семья из прошлого (СИ)

Но я готов меняться. Ради тебя. Обещаю, что с этого дня я буду говорить только правду. А еще я буду тебя добиваться. И пытаться вернуть твое доверие.

— Звучит угрожающе, — нервно сглатываю, но почему-то вместо того, чтобы пятиться назад, наоборот, делаю шаг вперед.

— Когда-нибудь я сделаю ошеломительную карьеру и обязательно приглашу тебя в самый дорогой ресторан Москвы, — торжественно обещает он. — А пока… ты бы не хотела поужинать со мной в этом скромном заведении? И кстати, меня зовут Максим.

— Приятно познакомиться, — выдавливаю из себя с какой-то странной улыбкой.

Странной не потому что она выглядит как-то не так, к счастью, я не вижу себя со стороны и понятия не имею что там творится на моем лице. Я же имею в виду свои ощущения. От слов Максима я чувствую себя неловко. Но в тоже время кровь в венах начинает пузыриться, заполняя всю меня ощущением какой-то легкости. Будто эти слова действительно что-то меняет. Будто еще не поздно.

— Чем ты хочешь заняться после стажировки? — интересуется Максим, когда официантка принимает наш заказ.

— Эм… ты же понимаешь, что моя стажировка закончилась семь лет назад, верно? — уточняю аккуратно. Может, это не игра такая, а Горский действительно от последних новостей слегка умом тронулся?

— Неа, — мягко возражает он и смотрит так пронзительно, что я моментально забываю о чем хотела сказать. — Сегодня ты стажер Птенчик, а я кретин Максим Горский, который на первой встрече представился другим именем.

— И сколько прошло с нашей первой встречи?

— Неделя? — предлагает он.

— То есть, я пока не в курсе, что беременна, да? И выплеснуть чай тебе в лицо причин у меня нет?

— Ну… я все-таки тебя обманул, — разводит он руками. — Так что, имеешь право.

После этого он зажмуривается и подается вперед, подставляя свое красивую физиономию под удар.

— Ты невыносим, — мотаю головой. — Чай горячий между прочим. Оставит ожоги на лице.

— Тебе с ним жить. С моим лицом, в смысле, — заявляет настолько непосредственно, что я попросту теряю дар речи.

Он же, видя мое выражения лица, поспешно добавляет:

— По крайней мере, я бы очень этого хотел, Птенчик. Так что насчет твоих планов после стажировки? Назови это мазохизмом, но мне безумно интересно знать как бы сложилась твоя жизнь, если бы не я…

— Наверное, так же, — тяну задумчиво. — За исключением Малинки, конечно. Так рано заводить детей я, если честно, не планировала.

— Понимаю, — усмехается он.