Могильщик из Таллина

Полицейский поднялся, нервными шагами заходил по комнате и принялся рассуждать:

— В таком случае, становится понятно, почему ассистент Томас не заметил арбалета, хотя стоял к нему лицом.

Неожиданно и инспектор остановился перед Ардашевым, и глядя на него, сказал:

— А что, если в этих четырёх нотах, о которых вы мне рассказали, кроется подтверждение его причастности? Извольте-ка мне их напомнить.

— До диез — ля — фа диез — ля.

Саар сел и записал. Потом положил карандаш, побарабанил пальцами по столу и заключил:

— Абракадабра. Белиберда. Вздор.

— По сути тут три ноты, так как нота ля повторяется дважды. Можно прийти к выводу, что слово состоит из трёх разных знаков, а одинаковых букв там две, — выговорил Ардашев, глянул на настенные часы и поднялся.

— Мне пора, инспектор.

— До свидания. Не забывайте. Заходите. И помните: судьба Варнавской в ваших руках. У нас, знаете ли, не особенно церемонятся с теми, кто живёт по поддельным документам. Сначала следственная, а потом и срочная тюрьма на Большой Юрьевской. А после заключения — депортация к большевикам, в Россию.

Ни говоря ни слова Клим Пантелеевич покинул сначала кабинет, а потом и полицейское управление. До встречи с Анастасией оставалось совсем немного времени.

Глава 15. Загадочные цифры

IВ кафе под названием «Старый Таллин», напротив синематографа «Унион», людей было мало. Аккордеонист — высокий мужчина лет сорока с роскошными усами — развлекал посетителей эстонскими народными наигрышами. Пахло сдобой, горячим шоколадом и жаренным миндалём.

У окна сидели Ардашев и Варнавская. Откупоренное и разлитое по бокалам шампанское «Doyen & Co», шоколадные эклеры, персики в желе «Шартрез», французское мороженное и две чашки кофе занимали почти всю поверхность стола.

— Вот я и не пойму, — продолжал беседу Клим Пантелеевич, — что эти ноты — до диез — ля — фа диез — ля — в партитуре пьесы Сен-Санса могут значить. И зачем их внесли в нотную тетрадь органиста и именно на семнадцатую страницу?

— Насчёт семнадцатой страницы — нет ничего удивительного. Партитура «Пляски смерти», видимо, на этой странице и была, так?

— Да, но мне кажется, в этом есть какой-то намёк.

— А может, это зашифрованное слово «mors»? — пробуя мороженное, предположила Анастасия и добавила: — Как то, что вырезали на окне у покойного Минора?

— Я думал об этом, но не сходится.

Варнавская сделал глоток шампанского и спросила:

— А за первую ноту вы брали ля?

— Нет, до. Ведь до — первая нота.