Штурмовик из будущего 3

Они прошли в школу-больницу и оказались в маленькой комнатке с обшарпанным канцелярским столом.

— Мне сказали, что вы настаиваете на переводе в лазарет вашей части, — не стала тянуть кота за хвост главврач. Оказывается, именно она нашла Григория в саду. — Что за блажь, капитан? У меня здесь указано, — женщина зашелестела бумажками, — что вы были контужены, неоднократно теряли сознание, у вас наблюдались проблемы со зрением, тошнота, потеря памяти. Да много чего было. Все правильно?

— Ерунда! — решительно бросился в атаку экспат. — Шел бой. Заниматься мной было некому. Мало ли что там кому в суматохе показалось. Я чувствую себя вполне сносно. По крайней мере, дорогу до своего полка перенесу точно.

— Ага, — бледно усмехнулась врач. — А потом вдруг упадете и больше не подниметесь. И мы все дружно предстанем перед сотрудником особого отдела, чтобы ответить на вопрос, кому пришла в голову идея оставить без должного лечения и отправить таким образом на тот свет Героя Советского Союза, известного всему фронту. Так?

— Я готов написать расписку, — набычился Дивин. — Говорю же, сейчас я чувствую себя вполне удовлетворительно и не вижу особых причин ехать в тыл.

— Позвольте нам решать, как вы себя чувствуете! — разозлилась не на шутку главврач. — Тоже мне, светило советской медицины выискалось. У себя в кабине «ила» командовать будешь.

В этот момент требовательно загудел полевой телефон, стоящий на столе. Женщина нехотя подняла трубку.

— Подполковник медицинской службы Артемьева… Да, товарищ генерал, у нас…Не поверите, как раз сейчас стоит передо мной. Скандалит, требует отправки в полк! — экспат встрепенулся. Похоже, кто-то из командования его воздушной армии озаботился судьбой летчика. —…Пока сложно сказать, надо провести тщательный осмотр…Нет, помощь никакая не требуется, у меня квалифицированный персонал…Хорошо, если вы настаиваете…- Главврач положила трубку на место и нехорошо посмотрела на замершего в тревожном ожидании Григория. — Идите в смотровую.

— Так меня не отправят в тыл?

Женщина тяжело вздохнула. Лицо ее вдруг обмякло, осунулось и стало по-детски беззащитным.

— Что ж вам так неймется-то? Иди уже, Аника-воин. Не бойся, в своем лазарете будешь лечиться, если ничего серьезного не найдем. Обещаю. Как дети, право слово.

Где-то за окном негромко играла гармошка. Иногда ее заглушала орудийная канонада.

— Устали, наверное? — вырвалось вдруг у Григория.

— Есть немножко, — улыбнулась женщина.