Помещицы из будущего

– Давно здесь стоишь?

- Я за тобой шла, а потом призрак спугнуть боялась, - подруга обошла меня и направилась к комнате Варвары. – Она показать что-то хочет! Пойдем!

- Где ты ее увидела?

- В окно! Не спалось мне… Душа с вечера не на месте…

Мы осторожно приблизились к двери, и дрожащей рукой я повернула прохладную ручку. В комнате было пусто. Призрак исчез.

- Зачем она звала нас сюда? – прошептала Таня, прижимаясь ко мне. – Чего хотела?

И тут, когда молния озарила все вокруг своим призрачным светом, мы снова увидели Варвару. Она стояла у окна, словно ангел, просвечиваемая насквозь голубоватым сиянием. Ее до этого безжизненные глаза теперь горели темным огнем, а тоненькая рука указывала на большой сундук, стоящий в углу. Темнота скрыла ее силуэт, но со следующим всполохом он больше не появился.

- Что-то под сундуком, - заикаясь, произнесла Таня, сдавливая мою руку так, что у меня заныли суставы. – Проверим?

Недолго думая, подруга опустилась на колени и принялась шарить под сундуком. У него имелись небольшие ножки, поэтому между дном и полом было узкое пространство, в которое с трудом пролазила Танина рука.

- Нашла! – наконец воскликнула она, после чего поднялась на ноги. – Это какое-то украшение.

- Украшение? – удивилась я, чувствуя разочарование. – Мне вообще-то подумалось, что там какая-то улика…

- Пойдем вниз и рассмотрим, что же хотела показать нам несчастная неупокоенная душа. – Таня сунула находку в карман халата. – При нормальном свете.

Спустившись в гостиную, мы зажгли свечи и с трепетом уставились на украшение. Это был выпуклый медальон на длинной цепочке. Он состоял из двух частей, скрепленных шарнирным соединением и замочком. На нем виднелась какая-то надпись, и мне пришлось напрячь зрение, чтобы прочесть ее.

- Это по-французски. L'amour a ses secrets… У любви есть свои секреты…

- Открой его, - волнуясь, попросила Таня. – Внутри точно что- то есть!

Внутри лежал светлый локон, а также имелись два портрета, один из которых принадлежал Александру. На втором была изображена симпатичная блондинка с замысловатой прической и ярко-розовыми губами. Внизу портретов как и на самом медальоне были надписи.

- Le cоеur de Sucrée Mimi pour lui… Сердце Сладкой Мими для него… - прочла я под изображением девушки. А потом посмотрела на портрет Потоцкого. - À jamais. Навеки.

- Мими? – Таня приподняла брови. – Иностранка что ли?

- Похоже. Екатерину тоже называли Малышка Фике… но это не то… не то… - я медленно подняла голову.