Помещицы из будущего

Я же не врач, но у меня есть кое-какие сомнения… Ведь болеет он не один год, и если бы это было сердце… В общем, у меня есть сомнения в правильности поставленного диагноза."

"- Нужно спросить Павла Михайловича, не страдает ли он отеками, а еще понаблюдать за его пульсом, - задумчиво произнесла Таня. – Ты знаешь, а ведь версия с остеохондрозом вполне рабочая. И опять же, нужно узнать, что предшествует приступу. У Сергеевны они случались, если она резко меняла позу или от переохлаждения. Помнишь, когда она позвонила и сказала, что ей плохо? Я еще тогда поехала с ней в больницу… Так вот, после обследования никаких серьезных патологий не было выявлено и врач объяснил, что при остеохондрозе человек обычно уверенно показывает точку максимальной болезненности. А ведь сердце никогда не болит точечно. Если надавить на эту точку, то боль усилится, но сердечная боль – нет. Этому капризному органу все равно, что мы давим снаружи. Когда Сергеевне становилось хуже, она ложилась на валик, чтобы получился прогиб. Он позволяет растянуть позвоночник и снять напряжение мышц. Кстати, это еще один способ диагностики: если боль через пару минут проходит, значит, проблемы с позвоночником. Сердечная же не изменит своей интенсивности.

- Я настояла, чтобы он пожил у нас какое-то время. Вот и разберемся, что да как, - я нешуточно загорелась идеей спасти Головина. Даже если это и не сердце, то запущенный остеохондроз мог привести к инвалидности.

- Это ты хорошо придумала, - похвалила меня Таня. – На расстоянии много чем не поможешь. А что с дуэлью?

- Не знаю. Головин сказал, что проучил Потоцкого, но подробности рассказывать не стал, - ответила я. – А я постеснялась выпытывать. Слушай, а ты помнишь, какую гимнастику делала Сергеевна?

- Ходьба, на велосипеде она ездила, плавала... И так, легкие физические упражнения… Жирного не ела, соль ограничила. Ну и не пила и не курила. Совсем, - подруга замолчала, а потом добавила: - А еще массаж. Вот все, что я помню.

- Добрый день, Софья Алексеевна! – в гостиную вошел Головин, и подруга стремительно направилась к нему.

- Как вы себя чувствуете, Павел Михайлович?

- После вашего визита воспрял духом! – засмеялся он, целуя ей руку. – Ваше присутствие действует на меня лучше любого лекарства! И это - чистая правда!

- Это замечательно! Елизавета сказала мне, что вы согласились погостить у нас некоторое время? – Таня вернулась в кресло, а Головин устроился на диване рядом со мной.