Зимний излом. Том 1. Из глубин

– Сударыня, вам правда лучше?

– Герцог, – вроде приступ миновал, и на том спасибо, – почему вы решили нам помочь?

«Нам»... Бедняжка, что с ней станется, когда она узнает правду? А ты представь, что будет с Мэллит, и поймешь! Иноходец нащупал шрам от исчезнувшего браслета:

– Сударыня, возможно, Ричард рассказывал вам про Сагранну. Рокэ Алва спас мне жизнь и вернул свободу.

– Я поняла. – Для нее это довод. Дочь Эгмонта всерьез полагает, что за добро платят добром, раньше Робер тоже так думал.

– Сударыня, вы долго жили очень замкнуто и многого не знаете. Поэтому я умоляю вас меня выслушать, не перебивая.

Айрис кивнула, из прически выбилась русая прядка, налетевший ветерок ухватил ее, как разыгравшийся котенок. Робер взял девушку под руку, та уже не брыкалась, и они побрели меж спящих деревьев и мраморных астэр.

– Айрис, – злости в серых глазах больше не было, только надежда и доверие, – вы понимаете, что дело Раканов безнадежно? К весне у Его Величества останется лишь один козырь – заложники, и прежде всего Рокэ Алва. Поверьте, сейчас его жизни ничего не угрожает. Альдо Ракан не станет сжигать единственный корабль.

Не стал бы, если б не вера в проклятую Силу, хотя и тут есть за что зацепиться. Рокэ, как ни крути, глава дома Ветра. Истинный глава, потому что Альбин был старшим сыном старика Лорио. Лишить можно наследства, но не крови.

– Весной Рокэ в Багерлее уже не будет, – выпалила Айрис, и Роберу отчего-то стало страшно.

– Сударыня, – если она не поймет сейчас, не поймет никогда, – герцог Алва сдался по доброй воле, связав свою участь с участью Фердинанда. Он не убежит.

– Алва – Человек Чести, он не станет клятвопреступником, как Ричард Окделл, – заявила сестра Дика, – поэтому сначала мы похитим Фердинанда.

Воистину имя безумию – женщина, но Айрис права. Беда в том, что вытащить бывшего короля из Багерлее трудней, чем Ворона. Захоти тот выбраться, он бы уже сделал это, но растерявшийся толстяк, не способный ни бежать, ни драться... С таким грузом на шее не побегаешь.

– Вы правы, я об этом не подумал. Я попробую узнать, что можно сделать для Фердинанда, но мне нужна ваша помощь.

– Вам придется лгать, сударыня, лгать много и долго.

Серые, до невозможности честные глаза уставились прямо в душу. И почему это он решил, что Айрис некрасива?

– Я солгу, – твердо сказала дочь почти святого, – если надо, даже в церкви.