Провинциальная история

А ведь еще гостей устраивать.

Бес потерся о ноги, то ли утешая, то ли намекая, что гости и сами неплохо разберутся. Лилечка вот нисколько не чувствовала себя обделенной вниманием. Напротив, сидела, мотала ногами, ела творог, при этом умудряясь подкармливать и Фиалку, запивала молоком, облизывала пальцы…

И снова накатило. Вспомнилось, как было тогда.

Густая, мягкая, какая-то успокаивающая, окутала Стасю. Она уняла боль. Она вдруг уверила, что пожар остался где-то там, далеко позади, а здесь и сейчас огня нет.

Здесь и сейчас безопасно.

И она, Стася, еще не понимая, что именно произошло, сползла по стене. А когда Бес запрыгнул на руки, просто обняла его, прижала к себе и так сидела, казалось, целую вечность. Темнота же полнилась звуками, большею частью вполне знакомыми.

Писк, потому что кто-то на кого-то наступил. Что-то мягкое касается ноги, кто-то лезет на руки и даже выше. И эти прикосновения разбивают то полусонное состояние, в котором Стася пребывала. Они заставляют встряхнуться.

И темнота расступается. Нет, она не уходит полностью, но становится будто бы прозрачной. И теперь Стася видит коридор. Длинный и узкий, он тянется куда-то и откуда-то. Белеют стены. Белеет потолок. И какие-то скульптуры, что характерно, тоже белеют.

А вот картины на стенах — темные пятна.

— Мы где? — шепотом поинтересовалась Стася. Она нисколько не удивилась бы, получив ответ, но Бес произнес лишь:

То, что они оказались в каком-то ином месте, Стася поняла сразу. И испугалась, правда, вяло, потому что все-таки и у страха есть предел. Подумалось, что кем бы ни были хозяева огромного — а в том, что дом огромен, у нее не оставалось сомнений — дома, они таким гостям не обрадуются.

— Эй, — она решила, что молчать и таиться бесполезно.

И… и кто поверит, что Стася попала сюда случайно?

Она понюхала старую свою одежду, убеждаясь, что пахнет от нее дымом. И руки зудели, как бывает, когда обожжешься кипятком. И… и от котов тоже дымом воняло, во всяком случае от Беса. Он же, недовольный, — приличные хозяева котов не нюхают, — вывернулся из рук и спокойно прошествовал по коридору.

— Есть тут кто? — голос Стаси прозвучал жалобно.

А ответа она не получила.

И тогда тоже прошествовала, благо, коридор будто для того и предназначался. По подобным именно, что не ходят, но шествуют, всенепременно величаво, неспешно, в общем, до окна она добралась.

И опять же увидела огромный то ли сад, то ли парк, показавшийся немного пустынным. И подумала, что самой ей отсюда точно не выбраться.