Провинциальная история

Существо, до того тихо сидевшее, вдруг вывернулось и шлепнулось на мох, правда, тотчас встало и, брезгливо отряхнувшись, издало протяжный писк.

Лилечка хотела подхватить его на руки, но существо отпрыгнуло в сторону и снова издало тот же звук. И потом опять подпрыгнуло.

— Ты хочешь, чтобы я за тобой пошла? — догадалась Лилечка. И существо совершенно по-человечески кивнуло.

Наверное, это неразумно.

В сказках детей, которые куда-то там идут за подозрительными существами, съедают. Но… Лилечка огляделась и сказала:

— Ладно. А то ведь батюшка волноваться станет. И маменька тоже.

В которой есть место подвигу, пусть и небольшому

…а еще ведьмы до мужиков охочи весьма. Как увидит которого, так прямо и млеет, пялится ведьмовскими глазами своими, норовит разум затуманить. И главное-то нет никаких сил, чтоб супротив ведьминских чар устоять…

Ежи понял, что окончательно заблудился, когда в третий раз кряду выбрался на поляну. Он эту поляну хорошо запомнил. Один ее край упирался в корни древнего дуба, дерева столь огромного, что его и обойти-то с трудом получалось. Другой скатывался к уже знакомому ручью.

— Вода — это хорошо, — сказал Ежи, пытаясь подавить раздражение. Лес молчал.

Насмехался над человеческой беспомощностью, никудышностью, и молчал. А вот Ежи… он попытался создать еще одного рыскача и даже почти получилось, но вместо того, чтобы оформиться, серебристое облако силы просто-напросто развеялось.

Путеводная нить погасла, стоило сделать по ней пару шагов. А уж дома-то Ежи и вовсе не чувствовал, как и старого друга, ауру которого попытался нащупать.

— Весело тебе? — осведомился Ежи.

Он всей своей сутью ощущал взгляд. Внимательный. Настороженный.

И стало вдруг страшно, что он, Ежи, не настолько хорош, чтобы понравиться этому вот существу. И что оно сейчас увидит его, вместе со всеми страстишками, грешками и глупостями, которых у каждого человека хватает, но… сейчас на поляне был не каждый человек, а Ежи.

Что, если сочтут… недостойным леса?

Со страхом справиться удалось, и Ежи просто сел, прислонившись к дубу спиной, закрыл глаза, понимая, что вот-вот уснет. Вяло подумал, что стоило бы охранный контур возвести, но сам же от мысли этой отмахнулся: магия в лесу не то чтобы вовсе не действовала, она существовала, но какая-то не такая.

И та, которая правильная, ей не нравилась.

— Скоро рассветет, — ствол дерева показался теплым, как и мох, в котором Ежи устроился.