Провинциальная история

— Женщина… да и бабка у нее ведьмой была, пусть и говорят, что ведьмин дар по наследству не передается, но согласитесь, есть в Элен что-то такое… вот…

Он щелкнул пальцами.

— А меня вы выбрали… на роль отца?

Быть отцом Ежи категорически не собирался. Однако чувствовал, что возражать уже поздно.

— Вы лучшее, что есть в этом городишке. Маг с проявленным даром, довольно ярко выраженным… право слово, даже не знаю, кому вы там, в столице, не угодили, если вас по сей день здесь держат. Но не важно. Главное, происхождение у вас отменное…

…и родословная имеется, пусть не как у харезмского жеребца, но мало меньше.

— …здоровье хорошее. Собою вы миловидны.

— Пожалуйста. Вы, как и многие люди, которых Боги одарили щедро, просто и близко не представляете, насколько вам приходится легче. И насколько сложнее жить тем, кто, как я, нехорош. Нет, я не хочу, чтобы мой сын испытал на себе те же… неприятности, с которыми довелось в свое время столкнуться мне.

— Сын, стало быть… а если дочь?

А ведь они и похожи. То есть не внешне, конечно, ибо сам Подольский невысок, сутуловат, и носат чрезмерно. Этот его длинный клювообразный нос выделяется так, что поневоле смотришь лишь на него. Но… цвет глаз.

— Сын. Я о том позаботился… у ведьм есть особые амулеты.

— И… что вам еще от меня нужно?

— Официальное отречение, — спокойно произнес господин Подольский. — Не сомневаюсь, что сейчас вы смущены и, вероятно, возмущены. И ребенка вовсе не желаете. Вы с готовностью отдадите его мне, но это сейчас. Никто не знает, как все изменится через год или два, или пять, или десять, а потому я хотел бы иметь гарантию, что вы не станете докучать моему сыну. Что не объявитесь однажды, желая заявить о своем родстве.

В его словах был здравый смысл, но…

— Вы могли просто уехать. Вы ведь собираетесь уехать, верно?

— На этой неделе. И да, возвращаться в ближайшее время мы не станем, но… мало ли. Я предпочитаю действовать прямо. Опыт подсказывает, что тайны, оставленные в прошлом, имеют свойство открываться в самый неподходящий момент. А потому я надеюсь, что здесь и сейчас мы с вами договоримся…

— Договоримся, — улыбка господина Подольского была слегка кривоватой и преисполненной столь искреннего дружелюбия, что мурашки по спине побежали.