Провинциальная история

Ведьмина сила затуманила разум его настолько, что появившуюся стражу мой супруг словестно выражаясь изволил отправить в афедрон…

— Куда-куда? — живо поинтересовался Анатоль, в глазах которого теперь был виден искренний интерес к делам управы.

— Туда, — мрачно ответил Ежи. — Куда ты и подумал… и не только стражу во главе с десятником, который в целом человек понимающий, но еще и сотника, и городского главу. Вздумалось ему инспекцию учинять. Слушай дальше… ага… затем, не желая унимать буйство, несмотря на уговоры старшего нашего сына, и влекомый безудержной похотью, прежде совершенно ему несвойственной, мой супруг обратился к непотребной женщине и позабыл про брачные обеты дважды и после еще один раз в особо извращенном виде.

— А это-то она откуда узнала? — Анатоль смахнул с ближайшего кресла пару забытых перчаток и устроился в нем. — Это ж Куркулева писала?

— Она самая. Слыхал?

— Кто ж не слыхал. Об этом загуле весь город три дня говорил.

— …после чего в одном исподнем выскочил на улицу и, забравшись на бочку, принялся матерно выражать сомнение в правильности нынешнего политического курса и вовсе мудрости Государя-Батюшки…

— Ага, знатно он обложил, и по матушке, и по батюшке… политику шьют? — Анатоль упавшую перчатку поднял, покрутил перед носом. — А женушка конфискации боится, вот и требует на воздействие проверку провести?

— Провел, — Ежи поморщился, поскольку от той проверки голова третий день болела, что с похмелья. И лучше бы, если бы и вправду с похмелья, но… пить в Канопене тоже не получалось, то ли из лени, то ли от понимания, что даже пьянка ничего-то не изменит.

Тот же Куркулев, оказавшийся мужчинкою махоньким и бледным, каким—то испуганным, причем не понятно было — боится он последствий собственного загула и перспективы пойти под суд по политической статье либо же своей супруги, дамы во всех отношениях выдающейся, пил по собственному признанию от безысходности.

— Понимаете, ваше бродие, — сказал он шепотом. — Оно ж тут… душа хочет! А тут все… одно… кажный день одно… отошнело!

Вот и Ежи отошнело, правда, в отличие от Куркулева, который уже сделал подарки нужным людям, а потому дело грозило уйти в архив, пусть и не Гильдийный, но какая разница, понимал, что спиртное лишь усугубит ситуацию.