Испорченный...

Если Смерть узнает, какие таблетки я пила, сразу поймет, что я омега. Только не это.

Вдох. Еще один, а потом голову окончательно заволокло темнотой и я упала на пол.

Потеряла сознание.

***Мое пробуждение было слишком сумбурным. В голове такая тяжесть, будто к ней привязали несколько огромных камней. Тело налитое свинцом и рваное сознание, переполненное теми эмоциями, которые я испытывала перед тем, как отключилась.

Я резко села. Кажется, собиралась куда-то бежать и что-то делать, но тут же взвыла от боли и прогнулась так, словно меня исколачивало молотами.

Внезапно огромная, массивная ладонь легла мне на плечо и надавила, заставляя обратно лечь.

Я попыталась ударить этого человека, но он перехватил мои руки и прижал их над моей головой. Удерживал в таком положении. Полностью фиксировал. Показывал, что сопротивляться ему бесполезно.

Я стиснула зубы и хотела выругаться, но так и не произнесла ни слова, ведь, несколько раз моргнув, наконец-то смогла в темноте рассмотреть того, кто был рядом со мной.

Смерть.

Я рваным движением обернулась и с непониманием оглянулась. Оказывается, я была в его квартире. Более того, в спальне Смерти. На его кровати.

— Что… Что я тут делаю? — собственный голос, из-за хрипов показался неузнаваемым. — Как я тут оказалась? Ты привез меня сюда? Зачем? Что… Что происходит?

Взгляд Смерти в полумраке комнаты отдался очень сильным давлением. Физической тяжестью, вдавливающей меня в кровать. Его ладонь, сжимающая мои руки, почувствовалась массивной цепью, которая сковывала и будто бы предупреждала — ни одного движения.

Я замерла перед ним, словно перед огромным зверем, а Смерть внезапно отпустил мои запястья, но правую руку потянул на себя, после чего положил ее на кровать. Что-то кольнуло и я зашипела. Оказалось, что Смерть вонзил мне в вену иглу от капельницы, которую я, при пробуждении сбила.

— Что это? — спросила, посмотрев на бутылочку, жидкость из которой текла в мою вену. Прочитав надпись на ней, я дернулась. — Ты прочищаешь мне кровь?

От осознания, чем мне это грозит, горло сдавило, сердце остановилось, и я широко раскрыла глаза.

Несмотря на головокружение, я резко села, собираясь сдернуть иглу от капельницы, но стоило мне к ней потянуться, как я услышала:

— Поздно."

"— О чем ты? — я вздрогнула. Проклятье никогда в жизни не была такой дерганой, как сейчас.

— Я знаю. Омега, — Смерть подкурил сигарету, хотя в пепельнице лежала еще одна тлеющая.