Вечный инстинкт

Бесценные сокровища лежали перед ней, но Руби проявила полное безразличие. Сандер нахмурился. Его мать любила драгоценности. Он увидел ее словно наяву — сидевшую за туалетным столиком перед выездом в свет и любовавшуюся роскошными браслетами от Картье, сверкавшими на запястьях.

— Это плата за твое рождение, — сказала она сыну. — Твой дед настоял на том, чтобы отец купил мне их — как напоминание о том, что я дала жизнь наследнику рода Константинакосов. Слава богу, ты не девочка. Твой дед счел бы меня ничтожеством, если бы родилась девочка. Запомни, Сандер, на будущее: чем дороже драгоценности, которые ты даришь женщине, тем покладистее она будет и тем больше ты сможешь потребовать от нее. — Мать рассмеялась, надув ярко-красные губы, взглянула на себя в зеркало и добавила: — И зачем я выдаю тебе наши женские секреты?"

"Его прекрасная, недалекая, жадная мать… Дед выбрал ее в жены для своего сына из-за аристократического происхождения. Она вышла замуж, потому что ненавидела бедность, в которой жила ее семья. Когда Сандер подрос, он понял, что его интеллигентный и утонченный отец подвергается унижениям со стороны ближайших родственников. Дед, презирающий сына, заставил его вступить в брак с нелюбимой женщиной, а жену интересовал исключительно его банковский счет. Сандер поклялся, что никогда не последует по стопам отца и не допустит, чтобы подобное случилось с ним.

На что надеется Руби, притворяясь, что ей не интересны эти кольца? Она мечтает получить нечто более дорогое? Сандер со злостью взглянул на украшения, рука его потянулась к кольцу с самым маленьким бриллиантом. Он хотел наказать молодую женщину и выбрал для нее самое дешевое кольцо из представленной коллекции, но в этот момент его взгляд остановился на другом кольце, рядом с первым: два прекрасных бриллианта переливались на свету.

Чувствуя себя слишком плохо и не имея сил для выбора обручального кольца, Руби вздохнула с облегчением, когда увидела, что Сандер сам выбирает кольцо. Она желала одного: чтобы это отвратительное представление поскорее закончилось.

— Вот это, — коротко бросил Сандер ювелиру, и голос его был хриплым оттого, что он злился на себя за проявление минутной слабости.

Но не Сандер протянул кольцо Руби, а ювелир. Она неохотно надела его, почувствовав, как холодный металл обхватил палец, но глаза ее расширились, а сердце забилось в груди, когда она как следует рассмотрела кольцо. Два идеальных бриллианта немного отстранялись друг от друга и все же соприкасались.