Защитник Империи

Пройдоха послушался. И где-то десятым броском угодил-таки богомолу в его выпуклый глаз.

У меня даже уши заложило, так этот таракан заверещал. А с какой яростью он накинулся на клетку Пройдохи, пытаясь выломать железные прутья!..

— Похоже, он на тебя всерьез обиделся, — не преминул заметить я, глядя на испуганно жмущегося к стене Джейкоба, с опаской наблюдающего за поползновениями длинных ног-лап, пытающихся зацепить его хоть коготком и вытащить из норы.

Наш надсмотрщик на время потерял ко мне интерес, чем я и воспользовался.

Метнулся к решетке, преграждающей путь к свободе, и попытался протиснуться между прутьями. Но с трудом пролезла только голова.

Отступив назад, я с досадой сплюнул. Вот же незадача… А от стены казалось, что запросто пролезу меж прутьев. Может, попытаться их немного согнуть?

С сомнением посмотрев на железные прутья толщиной почти с мое запястье, я покачал головой. Но все же решил проверить.

Схватившись руками за один, показавшийся мне самым тонким, прут и упершись ногой в другой, я поднатужился и потянул.

Потянул изо всех сил. И вроде как железо поддалось. Похоже, надули темного простофилю обустраивавшие его темницу мастера… Из сырого железа, более дешевого и удобного в работе, решетку сварганили, а не из каленого, как следовало.

Напрягая мышцы до предела и полностью выкладываясь, я продолжил сгибать прут. И лишь когда выступивший пот начал застить глаза, отступился.

Сделал шаг назад и, утерев лицо рукавом рубахи, посмотрел на дело рук своих. И снова сплюнул с досады. Если благодаря моим усилиям расстояние между соседними прутьями и изменилось, то не более чем на дюйм.

«Нет, так дело не пойдет! Тут надо подходить не силой, а умом!» — решил я и повертел головой, осматривая пол своего узилища, которое было когда-то пристанищем для каких-то темных тварей. Похоже, для упырей, судя по наличию обглоданных костей. Темные псы, наверное, сожрали бы и кости…

Подобрав одну из них, я убедился в ее крепости и решительно стянул с себя рубаху, которую тут же располосовал на ленты, а их скрутил жгутом и сплел меж собой.

Чуть ли не четверть часа угрохал, получив в результате некое подобие веревки. С этой плетеной бечевой опять сунулся к прутам, связав их меж собой. А затем в дело пошла кость, коей я начал скручивать сковавшие решетку путы из моей рубашки.