Чехов 7. Императорская охота

— Помощников и слуг сюда пускают с завидной регулярностью. Так что вы сможете приезжать к нам совершенно свободно и быть нашими глазами и ушами там, где это можно. Ко всему прочему, Павел рассказал нам про слухи.

— Слухи работают там, где есть духи, — отметила соседка.

— А здесь их нет? — насторожилась Софья Яковлевна.

Виноградова прикрыла веки, и ее лицо заострилось. Волосы взметнулись, под глазами появились темные круги, а рана на лбу стала заметнее. Но спустя несколько мгновений женщина приняла свой обычный вид. Поправила локон волос и неуверенно улыбнулась.

— Земля освящена. Вероятно, здесь поработали жрецы. Но все же здесь есть призраки. Хоть и немного. Я могу запустить слух прямо сейчас. Только скажите, какой нужен.

Мне показалось, что князь не мог отвести от моего бухгалтера зачарованного взгляда. Я не смог удержаться и толкнул его в бок. Мужчина покосился на меня и поджал губы.

— Я никогда не видел таких духов, — едва слышно пояснил он. — К тому же, это ж легендарная особа.

Мне было ужасно неловко обсуждать подобное, и я лишь кивнул.

Меж тем бабушка мягко пояснила Виноградовой, что нам нужно."

"— Необходимо настроить гостей на лояльность к Чеховым. Сами понимаете, что людей с нашим даром не очень-то любят. А то, что Павел защищает простолюдинов, не добавляет нам очков.

— Вот такой он у нас — добрый некромант, — усмехнулась призрачная дама. — Учитывая, что в столице уже давно ходят слухи о том, что он надежный человек, можно легко создать слух, что с ним не стоит ссориться. Надо ли добавлять немного опасений?

В этот момент бухгалтер отчего-то посмотрела на князя, и тот покачал головой:

— Нас и так побаиваются. Не думаю, что будет уместно усиливать это ощущение. А вот вселить в людей уверенность, что мы сильные и способны за себя постоять — было бы не лишним.

— Но это ведь правда, — легкая улыбка осветила лицо моей соседки, сделав его почти живым. — Так что мне будет несложно усилить мнение людей.

— Буду вам обязан, — заявил старший Чехов и занял кресло рядом с диванчиком, на котором устроились женщины.

— Это ведь все ради семьи, — зарделась Любовь Федоровна. — А я себя считаю ее частью. Слух я пущу, и потом укреплю его с новым приездом. Будет дополнительный повод приехать к вам снова.

— Вам не нужен повод, — уверила ее княгиня. — Мы всегда вам рады. В конце концов, не так часто встретишь духа, подобного вам.

Виноградова обхватила себя руками в защитном жесте и опустила голову. Волосы заслонили ее лицо, рыжеватой завесой.