Крушение иллюзий

— Группе Техас — короткими перебежками вперед! Прикрывая друг друга!

И они пошли вперед…

Спасательная группа ВВС, позывной — Ромео

— Сэр, активность противника по склонам!

— Огонь на поражение по всем выявленным точкам! Огонь на поражение!

Офицер, управляющий вторым MV-22, принял рискованное решение, — он не стал переводить свою машину в вертолетный режим и получил в итоге двухдвигательный штурмовик, вооруженный скорострельным пулеметом калибра двенадцать и семь, который мог развить пятьсот километров в час — нормальные показатели для штурмовика Второй мировой войны, на таких машинах эту войну и выиграли. Сейчас он заложил вираж и шел в атаку на позиции противника на склонах, а его второй пилот поливал их огнем из скорострельного крупнокалиберного пулемета. Первый вертолет, перешедший в вертолетный режим, едва успел шарахнуться в сторону.

— Ромео-два, ты что, с ума сошел?!

— А ни хрена! — ответил пилот, не соблюдая дисциплину связи. — Я намерен здесь все обоссать как следует, прежде чем зависать. Обойди стороной!

— Ромео-два, придурок, машина на закритическом режиме!

— Вывезет!

Пилот принял ручку на себя, выводя машину из виража, и в десантном отсеке людям пришлось приложить достаточно усилий, чтобы не полететь по нему, считая углы.

— Йе-х-х-ху!

— Придурок! Техас-Альфа, это Ромео, подтвердите безопасность площадки! Выйдите, черт побери, на связь!

— Ромео, это Техас-Альфа, площадка ни хрена не безопасна, садиться не советую. Но мы стараемся. Вопрос — кто тот псих, который едва не посносил нам бошки винтами?!

— Техас-Альфа, этот псих будет вас забирать. Обозначьте посадочную площадку, заберем вас по тросу. Вопрос — есть раненые?

— Положительно, Ромео, у нас есть раненые и убитые!

— У нас есть гондола для летчиков, сначала спустим ее. Держитесь!

Пулемет на Ромео-один тоже работал, не прекращая, пилот пытался подавить огневые точки противника дальше на склоне, наведения не было никакого, работать приходилось почти что вслепую.

— Ромео-два, вошел в режим зависания!

— Принял, прикрываю!

Пулеметчики с крупнокалиберным вверху в этот момент потеряли сектор для стрельбы — невозможно было стрелять, не рискуя попасть в вертолет. Впрочем, патронов к крупнокалиберному осталось пол-ленты… даже меньше.

Пули ударили по краю десантного люка, высекая искры. Бортовой пулемет работал не переставая.

— Черт… нас так здесь на куски порвут, — выругался работающий на лебедке сержант, — мы не можем так долго висеть.