Бас. Любимица Иллари

Лохматые вообще щепетильный народ. И изливать кому-нибудь душу для них сродни выходу голышом на главную столичную площадь и прилюдному покаянию. И раз уж Рокхет даже со старым другом не захотел поделиться, то мне и вовсе было нечего пытаться его разговорить.

– Он всегда такой, – вполголоса заметил Наран, когда на исходе третьего дня мы снова остались вдвоем обустраивать временный лагерь. – Сколько его знаю, а свои проблемы на чужие плечи Рокхет никогда не перекладывал.

Я скептически поджала губы:

– Считаешь, это разумно – умалчивать про свои трудности?

– Если бы не мог с ними справиться, он бы сказал, – не слишком уверенно отозвался лохматый.

 – Возможно, просто переживает за Роара. Он же мальчишку с детства растил. Отец Роара был ему хорошим другом, но погиб вскоре после того, как жена родила. Рокхет – одиночка, поэтому и взял на себя долг заботиться о семье друга. И вот уже почти два десятка лет присматривает за парнем, как за родным.

– Вот оно что…

– Мальчишка ему дорог, – подтвердил Наран. – И если с ним что-то случится, Рокхет будет винить в первую очередь себя.

Я мысленно присвистнула.

О да, для волков семья – наивысший приоритет в жизни. Ради своих они кого угодно загрызут, пойдут на верную смерть или на настоящее безумство. Так уж они устроены. А еще для них долг превыше жизни и иногда даже превыше чести. Просто если обычный человек в той ситуации, что случилась с Роаром, будет метаться, рвать на себе волосы и истерить, не зная, как помочь мальцу, то волки не станут демонстрировать собственную слабость.

Для мужчины в их понимании показывать чувства неприемлемо, а для волка – еще и позорно. Поэтому нет, Рокхет ничего нам не расскажет. И тем более не станет изливать душу похотливой кошке, которая в его понимании даже доверия не заслуживает.

– Ур-р-р, – привлек мое внимание выскользнувший из-за кустов Роар и активно замахал хвостом, стоило нам с Нараном обернуться.

– Легок на помине, – усмехнулся лесной при виде волчонка. – Тебя что, уже пора кормить, мелкий?

Роар оскалился, а затем припал на передние лапы, словно щенок, который звал приятелей поиграть.

После чего уже вовсю замолотил воздух хвостом и заерзал мохнатым задом, всем видом выражая нетерпение. Знаете, как дети, которые готовы часами канючить: ну давай… пойдем… ну что же ты так долго собираешься?

При виде такой реакции на лице Нарана проступила неподдельная озабоченность, и я его прекрасно понимала. Прошло три дня с того момента, как мальчишка закончил оборот.