Богатство или счастье?

Условия завещания окажутся невыполненными, и — прощай Каса дель Хорхес. — Патрик всегда просчитывал все возможные варианты развития событий.

— Нет, не может такого быть. Это чистая и бескорыстная душа.

В это время подошла Эшли с двумя стаканами мартини на подносе. Она молча поставила их на стол.

— Вы уверены, — что хотите стать моей женой? — обратился к ней по-испански Родриго и тут же добавил: — фиктивной, разумеется.

— Да.

Так все и началось тогда. С тех пор минуло немало времени.

Сколько раз за последние четыре года Эшли снилось то утро, когда ее любимый сделал ей предложение! Пусть даже и не такое, какого бы она хотела, — о настоящем нельзя было и мечтать…

Многое теперь стало совсем по-другому. Она больше не работает в этом Богом забытом кафе, ее брат уже ходит в нормальную школу… Но самое главное осталось неизменным, а если точнее, то изменилось в худшую сторону. Хотя она формально и является женой Родриго Хорхеса, но видит его только по телевизору и на фотографиях в журнале «Светская жизнь», который теперь каждый месяц исправно приходит в ее почтовый ящик. Каждое утро ей снова и снова приходится вставать и идти на работу — уже на новую, и день проходит так же, как и предыдущий.

Интересно где сейчас ее возлюбленный, мужчина всей ее жизни? — нередко задает себе вопрос Эшли. Что он сейчас делает? Думает ли о ней? Помнит ли вообще о том, что у него есть жена? И вспоминает ли ее хоть иногда добрым словом?

А жизнь Родриго Хорхеса по-прежнему наполнена в основном делами.

Вот он — высок, строен и грозен — стоит в своем кабинете. Главный редактор журнала «Светская жизнь» и единственный владелец компании «Хорхес Медиа», человек, чье расписание составлено на несколько недель вперед, считает разыгравшуюся только, что дискуссию бесполезной тратой времени.

— Статья никуда не годится. Этот Паркинсон, который ее накропал, похоже, совсем разучился писать.

Начальник отдела кадров Дэвид, стоявший перед ним, неуверенно кашлянул.

— Может если с ним серьезно поговорить, он возьмется за ум?

— «Когда он услышал это, на его лице появилась нотка сомнения», — зачитал главный редактор. — Это же абсурд! Нет, довольно. Это уже не первая его халтурная работа. Пусть с ним серьезно разговаривают на бирже труда. Я не даю вторых попыток.

Нельзя сказать, что интерес к личным проблемам подчиненных присущ характеру Родриго. Он вызывал страх и восхищение как раз тотальным отсутствием каких-либо сантиментов.