Жестокие игры

Долгое время я вообще не задумывался, каково это – иметь семью, поэтому и брак с Варей оказался ошибкой. Женушка видела во мне лишь глупого деревенского трахаря, а я не пытался ничего изменить. Не хотелось ради нее становиться успешнее, расти духовно. Я пестовал низменные инстинкты, оправдывая себя мыслью, что против ген не попрешь. Наверняка мой отец был еще хуже: заделал беспутной матери ребенка и смылся. А ведь она не виновата, что не была готова к рождению спиногрыза, хорошо хоть бабушка не позволила отдать меня в детский дом.

Отъезд Снежаны из Березок и последующие события стали настоящим ударом. По правде говоря, я был настолько уверен в собственной никчемности, что сразу принял слова Ленки на веру, все глубже увядая в паутине страданий.

Поежился, вдруг представив свою прошлую жизнь. Иногда надо оказаться на самом дне, потому что оттуда есть только один путь – наверх.

Снежана сладко спала на моей груди, а я боялся потревожить ее мерное дыхание, ощущая себя самым счастливым из мужчин. Она в очередной раз разбередила что-то в моем глупом мятежном сердце. За оболочкой страсти скрывалось нечто большее и настоящее. Я неотрывно наблюдал за ее трепещущими ресницами, наконец, обретая душевный покой.

Она была так же одинока. И так же изранена. Однако теперь мы крепко возьмемся за руки и пойдем вдвоем против целого мира.

Пообещал себе найти ее урода отчима и вправить ему мозги. Но чуть позже. Сейчас я не мог представить, что мы расстанемся хотя бы на сутки. Впервые почувствовал себя бестолковым романтиком в дырявых кроссовках, еще крепче прижимая спящую девушку к себе.

Да, я хотел ее и был от нее без ума.

Снежана пробормотала что-то бессвязное, мило причмокнув губами – почувствовал, как член ожил в приступе неконтролируемой животной страсти. Мои ладони скользнули вниз по изгибам теплого от сна тела. Девушка промурлыкала, даже не разлепляя ресниц. Тогда я набрался смелости, скользнув пальцами в гладкую узкую щель.

Бля, она была такой мокрой!

Член моментально разбух от притока крови, дыхание сделалось прерывистым и тяжелым. Я стиснул зубы, принимаясь осторожно проникать глубже.

Интересно, Снежка когда-нибудь кончала во сне? Хмыкнув своим одержимым мыслям, медленно спустился к ее длинным обнаженным ногам, покрывая поцелуями каждый сантиметр кожи. Она так дивно пахло… За короткую передышку я снова оголодал, с нетерпением подбираясь к заветной цели.