Жестокие игры в любовь

Проходили степенные функции. Мика, как прирождённый гуманитарий, математику брала исключительно измором. Вот и сегодня после объяснений учителя у неё осталась уйма вопросов: почему функция ограничена сверху, а не снизу. Откуда бертся значение и как получить производную. Поскольку урок был последний, математичка согласилась задержаться и разобрать с ней то, что она недопоняла.

В раздевалку Мика спустилась, когда в школе никого из класса уже давно не осталось. Ну, так она думала. Взяла плащ, на ходу накинула, пересекла вестибюль.

Но перед самыми дверями, ведущими на улицу, она на миг приостановилась, чтобы застегнуть пуговицы и завязать пояс у плаща, и услышала знакомые голоса. Это просто дежавю какое-то.

Там, на школьном крыльце разговаривали двое — Колесников и Соня. Точнее, спорили, даже ссорились. А она, получалось, снова их подслушивала, пусть и ненароком. Прямо ирония какая-то…

— Да я серьёзно не пойму, что такого-то? Чего ты с самого утра бесишься?

— То есть ты реально не понимаешь, да? Мы вроде как встречаемся, нет?

— Ну.

— Что ну?!

— Ну встречаемся.

— Тогда какого хрена…?! — резко повысила голос Соня. — По-твоему, это нормально — то, что ты пошёл к своей бывшей в гости? Без меня причём!

— Тебе тоже хотелось пойти к моей бывшей?

— Несмешно!

— Да хватит тебе заводиться. Вера же там не одна была.

— Да! Не одна! Там же ещё была новенькая!

— А она здесь при чём?

Мика уже собиралась выйти на улицу, даже приготовилась пройти мимо этой парочки так, словно их там нет, но тут сразу застыла… О ней же говорили — очень хотелось про себя послушать.

— А по-моему, это-то как раз и при чём! И к Тише ты потащился из-за неё. И вообще с того дня, как она пришла в наш класс, ты постоянно на неё пялишься! Все глаза уже смозолил. Что я не вижу, что ли?

— И что с того? На кого хочу — на того смотрю.

— О, даже так? — Соня уже срывалась на крик.

— Слушай, ну хватит мне мозг выносить по всякой ерунде.

— Ерунде? Хочешь сказать, что она тебе не нравится?

Мика застыла в ожидании, даже дыхание затаила.

Но он почему-то не отвечал. Почему?

Чёрт, как же нехорошо всё это. Особенно, что она вот так подслушивает, аж самой от себя противно.

Она уже потянулась к ручке, как дверь вдруг резко распахнулась.

— Всё мне ясно, — расстроенно и зло выпалила Соня и шагнула через порог.

Мика от неожиданности отпрянула, но они всё равно столкнулись — в тесном тамбуре места для маневров не было.