«Странники» Судоплатова. «Попаданцы» идут на прорыв

Глубоко посаженные внимательно-настороженные глаза.

– Яков! — Судоплатов встал из-за стола и вышел навстречу старшему товарищу и, чего уж там скрывать, наставнику! Ведь именно в Особой группе при наркоме внутренних дел, начальником которой и был вошедший, произошло его становление как разведчика.

– Здравствуй, Павел! — хриплым, чуть срывающимся голосом ответил Серебрянский.

Павел порывисто обнял его, потом отстранился и, словно стесняясь прорвавшихся эмоций, сухим официальным тоном предложил:

– Проходите, располагайтесь, Яков Исаакович.

Вопреки ожиданиям Павла, гость сел не на один из стульев, стоявших у стола для совещаний, а устроился в глубоком кожаном кресле, стоявшем у окна, из которого открывался отличный вид на утреннюю Москву. «Ну да, седьмой этаж, к тому же на холме!» — Павел и сам иногда позволял себе выкурить папиросу, любуясь панорамой столицы.

– Ну, товарищи начальники, рассказывайте, зачем я вам понадобился?

– Видишь ли, Яков Исаакович… — Судоплатов поставил стул напротив кресла и сделал знак Эйтингону присоединиться. — Есть у нас одна группа. Хорошая группа, лукавить не буду, а если соотнести достигнутые ими результаты ко времени работы — так и вообще одна из лучших. Но кто они, мы до сих пор понять не можем.

– Как так? — На подвижном лице гостя отразилось удивление.

– А вот так! Либо они даже от нас конспирируются, либо чужаки…

– Либо не пойми кто! — подхватил Серебрянский[33]. — И вы, друзья мои, решили, что это может быть кто-то из известных мне людей, так? Из стариков, так сказать?

– Совершенно верно.

– А с чего такие идеи у вас появились, могу полюбопытствовать?

– Возраст фигурантов, стиль… — начал перечислять Эйтингон.

– От них что-нибудь есть? Как говорится, собственноручное?

– Да. — Павел поднялся, вернулся к своему рабочему столу и, отперев верхний ящик, достал довольно толстую папку. — Здесь почти все, что у нас есть на настоящий момент… — Он протянул документы Серебрянскому.

– Богато! — заменив «г» на «х», сымитировал южнорусский говор «заслуженный террорист». — Пару часов меня не беспокоить. И распорядись, Паша, чтобы чаю принесли.

* * *Полтора часа все занимались своими делами: Судоплатов с Эйтингоном негромко переговаривались, обсуждая текущие дела, а Серебрянский шелестел бумагами в кресле, изредка хмыкая и делая какие-то пометки в принесенном ему блокноте.