«Странники» Судоплатова. «Попаданцы» идут на прорыв

– А что тебя смущает? — вместо Эйтингона по-еврейски вопросом на вопрос ответил Серебрянский.

– Ничем не обоснованный выход на связь в открытом режиме — вот что!

– Просто они следы заметают, — флегматично ответил Яков Исаакович, почесав кончик длинного носа. — Меня другое занимает — как они за трое суток на такое расстояние ухитрились оторваться? По прямой от места ликвидации до обозначенного в радиограмме района больше полутора сотен верст. А ведь немцы никуда не делись! Прям как тогда, когда они севернее Минска работали. Раз — и полсотни верст проскочили. По воздуху они, что ли, летают?

– А что непонятного, Яков? — Эйтингон отхлебнул давно остывший чай из стакана с изящным подстаканником, поморщился и поставил назад на поднос. — Насколько я понимаю, «Странники» довольно часто переодеваются в форму немцев, а гардеробчик, если верить их донесениям, у них должен был собраться преизрядный. Так что тут едут саперы или там пожарные, а через десять верст уже пехота или летчики. Попробуй поймай таких хитрых!

– Ну, этого мы наверняка не знаем, Наум. — Зевок скомкал окончание фразы. Павел торопливо прикрыл рот рукой, выждал и снова спросил: — Так зачем они авиацию вызывали? Ты вообще когда-нибудь слышал, чтобы диверсионная группа вызывала авиацию себе в поддержку?

– Я? Нет, не слышал. Но мы до начала этой войны о многом никогда не слышали. Вспомни о немецких диверсантах в нашей форме! Судя по донесениям, целые роты иногда приезжали…

– Думаешь, «Странники» так же действуют?

– А чего тут думать? Минимум два случая точно известны — двенадцатого июля и в начале августа. Вопрос в другом: почему именно авиация и почему именно в том месте?

– Паша, тебе действительно это важно? — Серебрянский, как и его собеседник за минуту до того, с трудом подавил зевок.

– Да нет, в общем-то…

– Тогда пошли спать, а то в глаза спички вставлять уже нужно!

– Верно, но вы идите, а я тут покемарю.

Словно по закону подлости, на столе пронзительно затрезвонил один из телефонов.

– Судоплатов у аппарата! — Павел метнулся к столу больше для того, чтобы прекратить это мерзкое треньканье, нежели с целью узнать, что же там такое срочное стряслось.

– Да… да… Через сколько расшифровка будет закончена… — И Эйтингон, и Серебрянский внимательно прислушивались к односложным ответам друга и начальника. — Через четверть часа? Да, приносите — я у себя. — Положив трубку, он повернулся к соратникам: — Пришел ответ от Кожевенника, минут двадцать придется подождать — послание длинное.