Измена. Яд твоей "любви" (СИ)

Удивлялась только, наблюдая, как Андрей переносит розетки, чтобы мне было удобно работать и в постели, и сидя на кресле, и за кухонным столом, как балует меня всякими приятными мелочами, будь то персики, кресло-качалка, перкуссионный массажер или же аппликатор Кузнецова.

Все время вне клуба Андрей посвящал нам.

И это было невероятно приятно, тепло и здорово. Он говорил по-прежнему мало, но делал для нас много. И я поняла, наконец, как это прекрасно.

А потом, ближе к началу ноября, произошло то, что, вероятно, должно было случиться рано или поздно.

Вышло так, что мальчики были очень заняты, и я возвращалась с работы на метро. А от него до дома брела по аллее неспешным шагом, отвечая в мессенджерах Киру и Андрею, что уже почти дошла, но погода такая шикарная, что я, наверное, погуляю еще около дома. Может, даже их дождусь.

- Мам, темно. Иди домой, – просил Кир.

- Норна, далеко не уходи, я подъезжаю, – Андрей со мной не спорил, но всегда старался подчеркнуть, что он рядом, поможет, поддержит и вообще…

Это их беспокойство было очень милым.

Вот такая умиротворенная и довольная я шла мимо дома, где мы с Киром снимали апарты, съехав из гостиницы.

Ну, не может же все всегда быть хорошо, да?

Только этим правилом можно объяснить, что мне навстречу от подъезда, где мы когда-то жили, поспешил то ли бомж, то ли оборванец.

Я замерла в неверии. Не узнать Олега мне все еще было сложно.

Помятый костюм, грязные ботинки, сам весь отекший, не мытый, заросший: лохматый и не бритый.

Боги космоса, что за жуть такая?

- Но-о-онна, жестокая моя девочка, – хриплый голос заставил поежиться.

Где были мои мозги, когда я думала, что он – мое счастье?

- Олег, что ты здесь делаешь? Я тебе все уже сказала. Что ты за мной ходишь? Тебе заняться нечем? – было неприятно и немного беспокойно, но не страшно.

Фасолинка периодически толкалась и меня изрядно бодрила, напоминая, что скоро явится ее отец, и все сразу станет хорошо.

- Чем мне заниматься теперь, а? Сын упек меня за решетку. Меня! Родного отца. Пришлось продать остатки акций этой злобной фурии Адель. Дело всей моей жизни пропало…

О-ля-ля, надо будет поздравить Адель Варисовну и передать пару контактов в мэрии. Им с Семенычем теперь пригодится.

- Это печально, но не удивительно. Но я по-прежнему не понимаю, тут ты что делаешь? Зачем явился?

- Нон, вернись! Возьму тебя хоть с ребенком, хоть с двумя. Буду заботиться о вас, беречь…

Это что за театр абсурда?

- Вот спасибо.