Эльфийский яд

— Ты сейчас что, решил подлизаться? — поразилась я такой наглости.

— Хм-м, — Эрик сделал вид что задумался, а потом у него появилось такое проказливое выражение на лице, что я во все глаза уставилась на эту диковинку, — в этом предложении что-то есть. Я же должен загладить вину за доставленные тебе беспокойства. А потом уже можно будет поговорить об алчных родственниках, а также обо всех твоих скрытых талантах.

После этих слов случилось то, чего я боялась. Эрик будто преодолевая слишком сильное земное притяжение, поднялся, сделал очень тяжелый первый шаг, затем уже более уверенный второй и улыбнулся.

Да твою ж! Вот чуяло во мне всё, что с этим смазливым альфой будет не так-то просто. Этот гад мог противостоять моему дару!

— Стой! Не двигайся! — взвизгнула я, с ногами забираясь на трон, но муж коварно улыбаясь, не обратил внимания на магию моих слов.

Тёмным опасным хищником Эрик приблизился ко мне, упёрся руками в спинку трона по обе стороны от меня. Я сжалась как кролик перед удавом. Улыбка этого “удава” так точно была гипнотической и очаровательной, но мой испуг ей пробить не удалось.

Задрожав как осиновый лист, я не отводила взгляда от белых клыков, выглянувших из-под губы. А в мыслях билось лишь: “Эх, значит, отгрызут мне голову и дело с концом…”

Тихий смешок не вязался с моментом устранения опасной жены, и я набралась храбрости посмотреть в глаза мужа. В его непроглядной тьме не было злости или жажды моей крови, там светились лишь живой интерес и … Нежность?

Нависнув надо мной, Эрик проникновенно спросил:

— Так как насчет того, чтобы я загладил свою вину?

“Вернись.… Вернись…” — Всё повторял знакомый голос, пока я тонул в кромешной тьме.

Да я бы и рад, но уже не смогу. Угораздило же так сглупить. Эх...

Слуха коснулся звук похожий на тяжелый выдох, и мне показалось, что воздух вышел именно из моих легких. Не до конца веря в такую удачу, пытаюсь вдохнуть и, о чудо, это удается! Да ещё и с такой лёгкостью, будто это не меня переживала свора мрачников, прежде чем я успел разорвать их всех.

По обонянию ударил резкий запах трав, заставивший поморщиться. Но эта вонь прятала в себе очень приятный аромат — мягкий, сладко-цветочный шлейф мог принадлежать лишь…

— Иса? — имя жены сорвалось с моих губ тихим шёпотом.

Веки медленно поднялись, и в глаза ударил свет. Прищурившись, осмотрелся. Судя по светлому дереву вокруг, я в дворцом лазарете, а значит, всё же каким-то чудом выжил.