Эльфийский яд

Люц коротко рыкнул, что трактовалось как положительный ответ.

— Вот и замечательно. У меня пока дела в крыле фармацевтов, так что тебе вместе с Кристером и Бернтом придется подождать у входа. — Волк повернул голову и покосился на моих неизменных охранников, чтобы утробно зарычать.

Как ни странно, но этот волк в отличие от своих сородичей недолюбливал оборотней. Исключением был лишь Арон и то только потому, что он его нашел и вырастил.

— Госпожа, — почтительно произнёс Кристер, привлекая моё внимание.

— Может вам всё же стоит взять кого-то из нас и в лаборатории?

— Нет нужды, — улыбнулась светловолосому оборотню. — Из всех мест во дворце это единственное где уровень безопасности примерно такой же что и в хозяйской части.

Так повелось после одного случая. Ещё при жизни отца Эрика в закрытые помещения, где лучшие фармацевты трудились на благо Туманных земель, пробрался чей-то шпион. Последовал взрыв, нанёсших большой ущерб и унесший немало жизней.

С тех пор это место охраняется куда как пристальнее, потому что экономика Туманных земель держится не только на полезных ископаемых, но и на лекарственных эликсирах, чьи формулы тщательно скрываются в этих стенах.

Стража без проблем пропустила меня в алхимическое крыло, а в качестве залога, им были оставлены два хмурых громилы и один не менее смурной волк.

Не смотря на позднее время суток основное помещение лаборатории окутывал приглушенный свет. Он мягко стелился по квадратным колоннам, поддерживающим высокий свод, позволяя достаточно рассмотреть громадный зал.

Здесь имелись лишь длинные столы с кипами чистой бумаги на столешницах и стройные ряды стульев вдоль них.

Более же яркие источники света находились за несколькими из дверей, что вереницей тянулись вдоль полукруглой стены. Найти нужную мне помогло обоняние. Так что, уверенно потянув за деревянную ручку, шагнула в более компактную комнату.

Это же место уже больше походило на лаборатории.

Все горизонтальные поверхности были заставлены ретортами, колбами и прочими прелестями, встреченными мной на уроках химии. У дальней стены расположилась тёмная доска, мелко исписанная мелом, при этом её заполняли непонятными каракулями в данный момент.

— Доброго вечера — поздоровалась с довольно щуплым ликанропом что-то выводящим на доске. К счастью кроме него здесь больше никого не оказалось.

Молодой мужчина обернулся.