Эльфийский яд

Заметив, что Арон принюхивается, при этом подергивая ушами, словно старательно слушая, продолжила говорить с ним: — Ты даже не представляешь, что со мной случилось. Я бы очень хотела тебе рассказать об этом. — Мой голос лился, и в нём не было магии, но чем больше я говорила, тем спокойнее становился мой второй муж. — И кроме этого я бы хотела сказать тебе кое-что важное, но только при условии, что перед этим ты снова назовешь меня “сладкая”.

Едва прозвучало последнее слово, Арон заскулил, сжался и мы услышали, как его тело стало ломать, чтобы перестроиться в более привычный облик.

Эрик не стал дожидаться, когда трансформация завершится. Открыв дверь в решётке он, шагнув в камеру, подставил плечо только обратившемуся Арону. Тот благодарно опёрся на своего альфу, и еле переставляя ноги, вышел ко мне в коридор.

Мазнул взглядом по полностью обнаженному телу мужа, продолжая улыбаться, выжидающе посмотрела на него.

— Давай, Арон, — подбодрил его Эрик, — она ведь не отстанет, пока не добьется своего.

— И тут мы услышали знакомый смех, правда, слабый, неуверенный, но такой родной. После чего самые невероятные жёлтые глаза посмотрела на меня, и я услышала:

В глазах защипало, а к горлу подкатил ком, но всё это было исключительно от радости.

Бросившись к Арону, обняла его поперёк груди, при этом плечом ощущая тепло от Эрика, и вскинув голову, чтобы видеть уставшее лицо призналась:

В этот раз мне сначала ответили разочарованным стоном, а потом обиженным:

— А я так хотел сказать это первым.

— И оставив легкий поцелуй на моём виске, Арон хрипло сказал: — И я люблю тебя, сладкая, люблю больше всего на свете.

— Даже не думай! — громко возмущалась, колотя Арона по спине. При этом я висела вниз головой на его широком и сильном плече, изображая очень активного ужа.

— Вдохни поглубже, сладкая, — хохотал муж. Шлёпнув меня по ягодицам и ускорившись, он прыгнул. Мой истеричный визг застрял в горле, потому что у меня захватило дух от ощущения падения, которое сменилось громким всплеском.

Возмущенно побулькав в толще воды, почувствовала, как широкие ладони сначала переместились на талию, чтобы убрать мою “тушку” с плеча, а затем руки мужа сомкнулись вокруг моих бёдер. Вытолкнув меня на поверхность, этот гад с мокрыми прядями, облепившими мягкие черты лица, опять засмеялся. Сидя на его руках, возмущенно дёрнула за потемневшую прядь и отплевываясь от воды прошипела:

— Кто купается в платье? Ты мог дать мне хотя бы минуту, чтобы раздеться.