Эльфийский яд

— Либо отказаться и быть разорванной здесь, либо быть препровожденной к эльфийской заднице, управляющей каким-то образом этими тварями, и подвергнуться наказанию за превышение самообороны. Даже не знаю, что и выбрать».

Тьма сгущалась, напряжение нарастало. Отчаяние удушающим комом подступало к горлу вместе с осознанием: никто меня не спасёт. Прижав руки к груди и зажмурившись уже смирилась, что скоро на меня обрушатся укусы, ведь я точно не собиралась возвращаться к кузену-извращенцу…

Но тут неожиданно я ощутила тепло коснувшееся шеи.

Следом за ним появился непонятный источник света, пробивающийся даже через опущенные ресницы. Распахнув глаза, потянулась к предполагаемому источнику и коснулась пальцами серьги — пусть она совсем не сочеталась с выбранным для праздника нарядом, но я отказалась её снимать. Подушечки пальцев обожгло и мне пришлось отдёрнуть руку, при этом странное дело: метал всё так же оставался холодным, а жар исходил только от камешка. Между рёбер стало нарастать давление. Казалось, что мой дар настоятельно требовал выхода, потому не став противиться отпустила силу. Пусть после разговора с княжной во мне поселился страх, но в нынешней ситуации он как-то утратил свою актуальность.

Тепло в груди разрасталось, и оно словно следуя течению реки, стремилось вверх — через ключицы сила взметнулась к шее, а оттуда перетекло к уху, находя там свою цель. Тёплый янтарный свет становился всё ярче, не позволяя тёмным тварям, так и вьющимся вокруг, приблизиться ко мне — их яростный рык уже сменялся испуганным визгом.

А затем, вобрав в себя достаточно силы, камень на дрожащей цепочке ослепительно вспыхнул, заставляя зажмуриться.

Уши заложило, будто я оказалась под водой, которая поглощала все звуки — наверное, это и к лучшему, ведь за мгновение до этого мне довелось услышать душераздирающий скулёж теневых тварей. Сразу вспомнились сказки о мандрагоре, чей крик убивал всех, кто его слышал. Потому я лишь порадовалась этой гулкой тишине. Всё длилось не дольше минуты, после чего схлынуло по-настоящему ощутимой волной, оставившей после себя спокойствие и усталость.

Когда же удалось открыть глаза, в стремительно затухающем ореоле я увидела лишь прах не меньше пары десятка мрачников не сумевших сбежать. Аккуратно потрогав камешек, убедилась, что со свечением медленно исчезал и жар. Сняв серьгу, с удивлением наблюдала, как некогда яркий кусочек янтаря превращается в прозрачную каплю, утратившую всю свою мистичность.