Вампир, я не твоя (СИ)

— Но твоя душа тянется ко мне. Всё равно тянется. А ведь между нами тысячелетия и расстояния, Линна… Не бойся, я вовсе не собираюсь удерживать тебя. Позволь только попрощаться, полюбоваться напоследок светом твоей души… — лицо Лиара дрогнуло. — Помнишь нашу первую встречу? Я сидел на подоконнике с одним лишь желанием — познать нечто невероятное, волнующее… нечто такое, чего я не мог бы создать для себя сам… И вдруг появилась ты.

«Всесильный тёмный маг пресытился собственным всемогуществом?» — моё сопротивление перерастало в презрение.

— Наверное, я хотел ощутить… — Лиар подбирал слова, — осознать, что ещё… живой?

Попыталась представить, какого ему. И не смогла.

«Живое — не бывает вечным,» — ответила прописной истиной.

— Возможно, — сглотнул колдун. — Я противен тебе?

Задумалась. На носилках лежал идеальный внешне мужчина. Сильный, красивый, умный. Могущественный.

«Перестанешь быть противен, если повернёшь свою армию обратно…»

— Врёшь, — вяло улыбнулся Лиар. — Не лги. Тебе не идёт.

«Оставь в покое Эрхейвен… пожалуйста».

— А что взамен? Ты наденешь кольцо, переместишься ко мне и попытаешься полюбить? Скажи, Магнар, тебе под силу растопить моё сердце?

От его слов внутри перевернулось нечто тяжёлое и начало подташнивать. Я так и не ответила, хотя должна была. Ради Эрхейвена. Ради… Дориана…

Колдун хитро улыбнулся:

— Полина-Полина, это попытка с негодными средствами. Ты в это не веришь. Я в это не верю. Чистая и светлая любовь так же недоступна мне, как и Люмиастарру прощение братьев создателей… То была мечта.

«Но без мечты невозможно жить, так стоит ли от неё отказываться?» — обратилась даже не к нему, но к остаткам того человечного, что ещё жило в нём.

Теперь задумался колдун.

Я же продолжила пытаться переубедить его:

«Прошу… подумай о потерях с той и с другой стороны…»

— Довольно, — Лиар зажмурился, как от солнца, и отвернулся. — Уходи сейчас же, ибо слишком сильно искушение. Если схвачу тебя сейчас, больше не отпущу… И помни: у меня больше нет для тебя колец.

Его мощная рука, закованная в чёрный доспех, поднялась кверху от носилок. Губы зашептали заклинание кривясь так, будто каждое слово причиняло боль или было отвратительно всей его сути.

На последнем слове темнота застила мои глаза, а саму меня мотнуло и вышвырнуло в явь.

Глава 69 Покачивающийся пол кареты сменился старым асфальтом

Я так и не поняла, что это было? Ни тогда, ни сейчас.