Баран и жемчуг

Вы ранены, о вас надо поскорее позаботиться.

– Хорошо, – согласилась я, и он удивлённо на меня посмотрел. – Что такое? – поинтересовалась я.

– Ничего, – только и ответил сэр Мюфла.

Мы подошли к броду, и прежде, чем я успела придумать, как буду переправляться на тот берег – в платье или без, рыцарь повернулся ко мне спиной, снял ножны с саблей и опустился на колено.

– Забирайтесь, – велел он.

– К вам на спину? – зачем-то уточнила я.

– Можете сесть на шею, – буркнул он.

Да, я вполне могла бы усидеть на этой шее.

Забавно – баран, а шея бычья. Сколько ещё звериных ипостасей я увижу в сэре Морисе? Я устроилась у него на спине, обняв за плечи и стараясь не слишком прижиматься. Но золотистые пряди всё равно защекотали щёку – жесткие, пахнущие весенним ветром и травой… Я закрыла глаза, вдыхая их запах.

Сэр Мюфла тем временем подхватил меня под колени и пошёл в воду. Даже в самом глубоком месте вода не доходила ему до пояса. И, наверное, никогда ещё я не чувствовала себя настолько безопасно, как на этой широкой спине.

Наверное, я с удовольствием ехала бы так до самого замка.

Но поездка закончилась на том берегу. Рыцарь был мрачен и избегал смотреть на меня, и для этого были причины – что уж тут говорить, но теперь я не могла злиться на него.

Мы побрели к замку, и я заметила, что отважный сэр прихрамывает всё сильнее. Я обещала ему целебную мазь, но так и не прислала. Плохо, Маргарет, очень плохо.

– Как ваша нога? – спросила я участливо.

– Хорошо, – тут же ответил он.

Соврал, конечно, и всем своим видом показывал, что моё участие ни к чему. Но разве я могла оставить всё как есть после… после всего.

– Вы хромаете, – я пыталась заглянуть ему в лицо, но он упорно смотрел прямо перед собой, словно не замечая моих попыток наладить дружеские отношения.

– Вам показалось, леди.

Ну да, показалось. Я выбежала на тропинку перед ним и пошла спиной вперёд, глядя на него. Он снова пристроил саблю за спиной и выглядел сейчас настоящим варваром.

Какое всё-таки удовольствие смотреть на красивого голого мужчину. Мне вспомнился Эдвард, и даже в горле запершило, стоило лишь представить, что я увижу, когда мой жених разденется в спальне.

– Не показалось, – возразила я. – А какое блюдо – ваше любимое?

– Что? – вот тут он уставился на меня, это уже – маленькая победа.

– Что вам больше всего нравится из еды? – повторила я. – Сегодня вечером мы приготовим ваше любимое блюдо.