Баран и жемчуг

Но я не сомневалась, что они продолжают подглядывать – в окна, в щёлки двери…

Тем временем вороной конь уже поравнялся с моей лошадью, и сэр Мюфла наклонился в седле, уперев в бедро кулак.

– Я правильно понял, – произнёс рыцарь медленно и отчётливо, – что два ваших сына, господин Не-знаю-как-вас-там, напали на леди, она их отдубасила, они нажаловались, и теперь её ещё заставляют платить штраф?

Рубертун хмуро промолчал, морща лоб и явно соображая, кто перед ним такой и насколько далеко можно зайти в угрозах и оскорблениях.

Я воспользовалась его раздумьями и выдернула у него из руки поводья, похлопывая лошадь по холке, чтобы успокоить.

– Сколько лет вашим деточкам? – снова спросил сэр Мюфла, не дождавшись ответа. – Пять?

– Им семнадцать! – ожил Рубертен и сразу бросился в наступление. – И что вы тут себе позволяете? Вы кто, вообще?

Мне показалось, что сейчас рыцарь вытащит свою саблю – потому что он сделал движение рукой, и поспешила вмешаться.

– Давайте остановимся на этом, – сказала я, направляя лошадь между Рубертуном и вороным конём. – Я приехала заплатить штраф, а не ссориться.

– Никто и не ссорится, – сказал сэр Мюфла и поскрёб подбородок, а потом опустил руку на луку седла. – Просто выясняю для себя кое-что. Так значит, я вас правильно понял, – он вытянул шею, чтобы из-за меня видеть Рубертуна, – ваши два семнадцатилетних остолопа осмелились напасть на леди, а теперь изображают из себя жертв? Где они, – он оглянулся и даже присвистнул, словно подзывая собак.

– Опять сбежали? И спрятались за матушкину юбку?

– Как вы смеете! – заорал Рубертун, но тут вороной конь переступил копытами, решив поухаживать за моей лошадью.

Его хозяину пришлось повернуть коня, чтобы отвести его в сторону, и стала видна сабля – во всей красе, от эфеса до кончика ножен.

Рубертен поперхнулся и долго не мог прокашляться, постепенно отступая к стене дома.

– Что за варварское оружие?! – произнёс он, наконец, но воинственного пыла в нём сразу поубавилось.

– Кто позволил разгуливать по городу вместе с ним? Куда смотрят гвардейцы?

– У меня личное разрешение его величества на ношение и применение оружия в любом месте, при любых обстоятельствах, – сказал Мюфла, не моргнув глазом. – Поэтому прекратите визжать и пропустите леди. Если уж она решила проявить благородство и оплатить страдания ваших щенков… простите, деточек.