Белоснежка и три босса

К комнате босса я подходила как рыцарь к сказочной пещере дракона — охваченная волнительным трепетом предвкушения. Приоткрыла дверь и заглянула — Леонид лежал на боку и крепко спал. Первой мыслью было разбудить его, но, подойдя ближе, я тут же передумала. Он выглядел таким уставшим. Пусть набирается сил — сон лечит. А Рождество никуда не денется — завтра отметим все вместе.

Я вернулась в гостиную и присоединилась к друзьям. Втроём мы немного посидели, поболтали на отвлечённые темы и разошлись. Ребята уединились в кабинете, а я вернулась к себе на второй этаж. В комнате первым делом сняла свитер и джинсы, накинула халат и отправилась в ванную. Горячие струи воды разморили окончательно. Отчаянно зевая, вылезла из-под душа и кое-как вытерлась. Сил хватило лишь доползти до кровати и завалиться спать…

…Меня разбудило чьё-то прикосновение. Я приоткрыла глаза и сонно пробормотала:

— Лесь, дай поспать, ещё совсем темно.

— Спи, — раздался мягкий шёпот над ухом, а затем плечо обжёг горячий поцелуй. По обнажённой коже скользнули тёплые ладони, и я уже знала, кому они принадлежат.

— Лёня? — сердце гулко забилось от сладкого предвкушения. — Это правда не сон?

Вместо ответа мужчина перевернул меня на спину, крепко прижал к своей мускулистой груди.

— Теперь ты никуда не сбежишь, — с этими словами Леонид принялся прокладывать дорожку из поцелуев от виска к моим губам.

По венам мгновенно разлился жар, тело закололи тысячи мелких иголочек, мысли тут же испарились, остались одни эмоции. Он целовал меня так, будто это наша единственная ночь, и мы больше никогда не будем вместе: ни завтра, ни послезавтра — никогда, и надо успеть насытиться, напиться друг другом. Я растворилась в нём, теряя остатки разума от блеска синих глаз, и, оказавшись в раю, выдохнула в приоткрытые губы мужчины:

— Никогда ещё не чувствовала себя счастливее!

А потом уснула на нём, убаюканная биением его сердца и ласковыми поглаживаниями. Губы Лёни шептали что-то очень тихо, но что именно, я так и не смогла разобрать…

…Когда проснулась во второй раз, он так и не сменил позу. Продолжал лежать, сжимая меня в объятиях.

Солнечный свет проник сквозь полоску в шторах, заплясал на подушке.

Наверное, уже позднее утро, а может, день. Фиг его знает! Важно лишь наше счастье — настоящее, о котором я мечтала всю жизнь.

— Лёня, просыпайся, — я поцеловала его в кончик носа.