Штуцер и тесак

А вот коллежский асессор Трепов, – он указал на типа в странном мундире, – рассмотрев их, признал подлинными. Так?

– Истинно, ваше сиятельство! – подтвердил тип.

– На чем основано ваше предположение, Руцкий?

– Разрешите, ваше сиятельство? – я указал на купюры.

Багратион кивнул. Я взял из стопки ассигнацию достоинством в 25 рублей и повернулся к Спешневу.

– Найдется еще несколько таких, Семен Павлович?

Спешнев полез в сумку и достал пять четвертных.

Я взял ассигнации, затем на глазах у всех добавил к ним трофейную и тщательно перетасовал. Сейчас будет фокус!

– Смотрите, ваше сиятельство! – я разложил банкноты на столе перед генералами. – Приглядитесь, пожалуйста! Есть ли среди этих ассигнаций такая, что отличается от остальных?

– Эта! – сказал Багратион, ткнув пальцев во вторую справа.

– Чем она привлекла внимание?

– Ну, – Багратион задумался. – Лучше других выглядит.

– Совершенно правильно, ваше сиятельство! – я взял выбранную банкноту. – Она и есть фальшивка. Качественная печать, подпись уполномоченного лица воспроизведена типографским способом. Так же, как и на французских деньгах. Смотрите!

Я взял трофейные банкноты и разложил их на столе.

– В нашем казначействе ассигнации подписывают вручную. Дело это утомительное. Оттого линии, оставляемые пером, разной толщины на каждой ассигнации, а на этих все одинаково ровные. И еще. В слове «государственного» вместо буквы «д» отпечатана «л». Фальшивка!

– Теперь вижу, – кивнул Багратион, приглядевшись. – Что скажешь, Трепов?

– Извините, ваше сиятельство! – стушевался тот. – Не догадался сравнить. Водяной знак, подпись и печать – все было, как у подлинных. А буквы не разглядел.

– А вот он смог! – Багратион указал на меня. – Значит, так, Трепов! Составляй письмо на имя государя за моей подписью. Приложи к нему ассигнации – фальшивые русские и подлинные французские. И не забудь указать, кто открыл подделку. За такое награда полагается. Понял?

– Так точно, ваше сиятельство!

Чиновник сгреб со стола купюры (подлинные четвертные я вернул Спешневу), поклонился и вышел.

– Теперь другое, – посмотрел на меня Багратион. – Подвел ты меня, Руцкий. Я довел до Барклая твое предположение о действиях французов. – И знаешь, что тот ответил?

– С каких пор лекари учат генералов? – передразнил Багратион отсутствующего командующего. – Предложил мне, если так верю в удар с фланга, остаться в Смоленске и действовать по своему разумению. А он с армией пойдет искать встречи с неприятелем.