Штуцер и тесак

– Разумеешь в лекарском деле? – посмотрел на меня фельдфебель.

– Фершал он! – сообщил Пахом.

Я подтвердил его слова кивком.

– Раненых глянешь? – спросил фельдфебель.

– Показывайте! – согласился я.

Осмотр троицы егерей подтвердил предположение: раны оказались не тяжелыми. Две штыковых – в плечо и в бок, последняя не проникающая. У третьего егеря пуля разорвала широкую мышцу на спине, не повредив кости. Я вытребовал у каптенармуса еще водки, промыл и зашил раны. Затем смазал швы остатками мази и налепил поверх тряпицы.

Егеря выдержали мои манипуляции стоически – ни стона, ни мата.

– Благодарствуйте, барин! – сказал один, и другие нестройно присоединились.

– Идем! – сказал фельдфебель, когда я закончил.

– Вот, ваше благородие, – доложил фельдфебель, – фельдшер сыскался. Себе голову зашил, Курихина, Савушкина и Петрова лечил. Разбирается вроде.

– Точно фельдшер? – спросил недоверчиво капитан.

Ну, да, видок у меня еще тот. Голова залеплена, кровь на рукаве… Вернее, на груди – обляпался, когда раны шил.

– Платоном. Платон Сергеевич Руцкий.

В глазах его полыхнуло удивление.

«Да!» – едва не сказал я, но вовремя спохватился. Дворяне здесь все посчитаны и внесены в списки, что не удивительно – привилегированное сословие. Узнают, что соврал, – гарантированный билет в Сибирь. Если, конечно, не убьют раньше…

– Мещанин города Могилева.

– Для мещанина Могилева ты слишком хорошо говоришь на французском, – скривился офицер.

– Долго жил за границей. Во Франции и… – я едва не сказал «в Германии». Нет здесь такой страны.

Есть Пруссия, а также мозаика из немецких княжеств, герцогств, владений епископов, которые Наполеон в большинстве своем ликвидировал, создав основу для будущего объединенного государства. Поэтому промолчим. – Кельне. Недавно вернулся в Россию. А тут война…

– Ладно, – сказал капитан. – Позже поговорим. Пулю из ноги достать сможешь?

Я задумался. Рана у капитана, похоже, слепая. Извлечь пулю можно зондом, но вот взять его негде. Разве что…

– Гвоздь найдется? – спросил у фельдфебеля.

 – Вот такой, – показал пальцами.

– Зыков? – обернулся тот к каптенармусу, маячившему за нашими спинами.

– Сей момент! – выпалил тот и убежал. Обратно вернулся с длинным, кованым гвоздем. Я взял его и рассмотрел. Тяжелый. Где-то «стопятидесятка» по-нашему. Четырехгранное тело, квадратная шляпка – не маленькая. Подойдет.

– Нужно обрубить шляпку с трех сторон, – показал я фельдфебелю. – Края загладить оселком, как и сам гвоздь, чтобы тот стал гладким и блестел.