Последыш. Книги I и II

Так вот, если попытаться свести этот многомерный хаос к какой-либо простой схеме, то получается, что принятие решения имеет в своей основе не только, а иногда и не столько интересы государства, сколько то, кто занимает тот или иной государственный пост, и чьи интересы этот некто представляет или, как минимум, готов учитывать при определенных обстоятельствах. Так вот, Ингвар, при всем многообразии различных групп по интересам, существует давнее противостояние между западными и восточными княжествами, и чем дальше на восток, тем сильнее отличия от Старого Запада. Поэтому Западный комплот — это всего лишь неформальный союз западных княжеств, а вернее, западных территорий империи, которые дружат против восточных территорий. Понятие территории здесь крайне важно, так как линия противостояния может проходить и не по политическим границам. Так, например, основные территории Смоленского и Черниговского княжеств тяготеют к Западному Комплоту, а их князья и часть знати — исторически восточники. И в этой связи, крайне важно не только то, сколько денег или иных рычагов влияния находится в руках у противоборствующих сторон, но и то, кто занимает ключевые посты в империи. А занятие этих должностей до сих пор зависит от происхождения кандидатов. Вы ведь знаете, что такое местничество?

— Знаю, — кивнул Игорь, осознавая, что сейчас перед ним открывается совсем иная картина действительности, чем представлялось ему прежде.

— Вы, Ингвар, являясь графом Менгденом, и сами по себе немалая сила, но как глава клана и, тем более, в качестве князя Острожского, стоящего во главе Западной пятины, вы способны серьезно изменить расстановку сил в имперских верхах.

— Если я вас правильно понял, Ия, люди, которых вы представляете, хотели бы видеть меня продолжателем дела предков, а те, кто противостоит Западному комплоту, этого, понятное дело, не хотят.

— Все верно, — подтвердила женщина. — Кстати, не возражаете, если я закурю?

— Курите! — кивнул Игорь, вставая со стула и проходя к изголовью кровати, где на полке были припасены не только портсигар, пепельница и зажигалка, но и серебряная фляжка с двадцатилетней старкой.

— Выпьете со мной? — спросил, вернувшись к женщине.

— Начинаете спаивать? — усмехнулась та.

— Полагаю, вас стаканом старки на койку не уговоришь, — улыбнулся в ответ Игорь.

— Вспомните, Ия, я рос среди ссыльных поселенцев.

— В этом и состоит ваше особое очарование, Ингвар.

— Хорошо, — кивнул он, закуривая, — с шармом определились. Вопрос, однако, в другом.