Последыш. Книги I и II

Сейчас вот случай представился познакомиться сразу и с тобой, и с ней. Я даже жену попросил приехать. Хочется, знаешь ли, сойтись по-семейному. Все-таки ты, похоже, скоро станешь моим зятем.

— Мы обсудили это с твоим отцом. — Бармин не знал, насколько осведомлен Федор и поэтому старался держать низкий профиль.

— Ты раньше встречался с Мурой? — продолжил Расспросы Федор.

— С Мурой? — удивился Бармин.

— Мы так зовем Марию, — объяснил собеседник.

— Мура — это уменьшительное от Мария? — заинтересовался Бармин.

— Я бы назвал ее Мия, — сказал на это Ингвар. — Мне кажется, это имя подошло бы к цвету ее волос.

— Значит, встречался.

— То есть, она тебе понравилась?

— Тебе не о чем беспокоится, Федор! — успокоил Бармин собеседника. — Я ее не обижу.

— Младшая сестра, сам понимаешь!

— Не понимаю, но постараюсь понять, — успокаивающе улыбнулся Ингвар.

— Ты знаешь, а ведь я помню твоих родителей, — неожиданно сообщил Федор. — Твоего отца и твою мать.

— Тебе повезло. Какими ты их запомнил?

— Когда я видел их в последний раз, мне было восемь лет. Твоя мать была очень красивой. Это все, что я помню. Я ее редко видел, а вот твой отец был в нашем доме частым гостем. Ты на него совсем непохож. Он был ниже ростом и стройнее, что ли? Не такой богатырь, знаешь ли, как ты. Волосы темнее, глаза… Не помню, но, кажется, тоже темные. И он буквально излучал силу, если понимаешь, о чем речь. Не физическую… Но ему хотелось подчиняться. То есть, нельзя было не подчиниться. Виктор… Это мой старший брат… Он должен помнить лучше. Все-таки ему тогда было уже десять. Так вот однажды он почему-то закапризничал. Не знаю, что уж там произошло, но он устроил настоящую истерику. Твой отец ничего не сказал, только посмотрел как-то так на особый лад, и Виктор сразу же замолк. Умел он, знаешь ли, наводить порядок. Отец и мать очень его любили. Когда это случилось… Ну, ты понимаешь…

— Понимаю, — кивнул Ингвар, не на шутку заинтересовавшийся рассказом. Все-таки это было живое свидетельство тех давних событий, наследником которых так неожиданно стал Бармин.

— Странно, я ведь маленький еще был, но хорошо помню те дни. Ни я, ни Виктор не знали, что произошло. Это потом, спустя годы, сопоставили то с этим и догадались о том, что с чем связано. Так вот отец ходил чернее тучи. Злой, нервный. Ему тогда тоже попало. Константин не мог простить ему дружбу с твоим отцом. В общем, мы его почти не видели, а когда появлялся, с ним нельзя было ни о чем поговорить.