Кровь и пламя

— Посторони-и-ись! — пронзительно закричал один из воинов, подавая сигнал, но кричал он зря — не заметить приближение громадного воющего зверя было попросту невозможно. Не успел сгарх заскочить внутрь жилой пристройки, как следом промчался еще один зверь. Самка… и в пасти у нее болтался самый настоящий большущий кулек, сшитый из тех же звериных шкур и полностью набитый льдом и снегом, сыплющимся из всех щелей. Болтающийся в пасти кулек недовольно пищал и дрыгался.

— Хоро-о-ош! — донеслось из пристройки.

— По двое? — уточнил я у стоящего рядом великана Рикара.

— По двое, ежели малыша не считать, — подтвердил тот. — Как подъемник подымется — еще двоих пустим. Так всех и переведем!

— Быстрее, — чуть ли не истово попросил я. — Быстрее.

Здоровяк не ответил ничего, лишь мрачно прищурил глаза — старый опытный воин отлично осознавал, что долго нам подобный темп не выдержать, что нас попросту берут на измор, тыкают со всех сторон, словно насаженную на вертел куропатку — проверяя степень готовности. А потом снимут птицу с огня и сожрут… в том случае, если мы им это позволим. Сейчас, глядя на слаженные действия и ожесточенность защитников поселения, я собирался сопротивляться как никогда сильно.

— Выстоим ли? — вопрос озвучил я, снова обращаясь к Рикару. Спросил тихо, меня услышал только он.

— Пока стоим, господин, — пожал широченными плечами тот. — Пока стоим…

Ясно… вот и мнение Рикара озвучено — нам не выстоять, если все продолжится именно так. Уже потери в людях, уже мы, пока что неявно, но все же отступаем, прячем тылы и тихо стонем от боли и ярости. Правда, враг также несет потери и не только в рядах нежити — шурды и гоблины более чем живые, их за день не вырастишь, в бой не пошлешь.

Опять же — запасы жизненных сил. Учитывая мой скромный опыт, я все же могу предположить лишь один источник силы — из различных пойманных живых существ, будь то мыши полевки или люди. Тарис подвергает их ужасным мукам, впитывает исходящую из них силу. После чего наделяет полученной энергией других существ, превращая их в покорных воинов и направляя в атаку на нас.

Откуда он берет новые источники жизненной силы? Черпает из пойманных и притащенных животных, к примеру.

А кто ловит тех же кабанов, волков, медведей, оленей? Ответ прост и здесь — шурды и гоблины.

На них вообще держится вся текущая работа. Они таскают тяжести, готовят пищу, кормят пойманных существ — ведь не может же быть, чтобы буквально упавшая на нас громадная птичья стая была поймана сегодня.