О Небесах, о мире духов и об аде

Тем же общим наитием (влиянием) из духовного мира управляются и животные, потому что они не вышли из порядка своей жизни и не могли ни извратить, ни разрушить его за неимением рассудка. Относительно разницы, существующей между человеком и животными, - см. н. 39."

"297. Что же касается соединения небес с родом человеческим, то сам Господь, согласно небесному порядку, наитствует на каждого человека, как на самые внутренние, так и на последние, внешние в нем начала, располагая его таким образом к принятию небес и управляя последними в нем началами посредством самых внутренних; и в то же время самыми внутренними - посредством последних, содержа через это в связи все принадлежащее человеку, до самых малейших частностей.

Это наитие Господне называется наитием непосредственным, а то, которое совершается через духов, - наитием посредственным и получает начало свое (subsistit) от первого. Непосредственное наитие, т.е. принадлежащее самому Господу, исходит от его Божественной человечности, проникает волю человека, а через волю и разум его, нисходя таким образом в благо его, а через благо в истину; или, что то же, в любовь его, а через любовь в его веру, но не обратно, ни тем более в веру без любви, или в истину без блага, или в разум, который не исходит от воли. Это Божественное наитие непрестанно, и только добрыми людьми приемлется во благо; дурными же оно или отвергнуто, или подавлено, или искажено, вследствие чего и жизнь их во зле, что в духовном смысле равняется смерти.

298. Духи, находящиеся при человеке, как соединяющиеся с небесами, так и соединяющиеся с адом, никогда не влияют на человека своей памятью и мыслями, потому что при влиянии их собственной мысли человек был бы убежден, что принадлежащее им есть его собственное (см.

н. 256). Тем не менее, однако, через духов этих зарождается в человеке по наитию с небес всякое чувство, относящееся к любви к благу и истине, и по наитию из ада всякое чувство, относящееся к любви ко злу и лжи. Таким образом, насколько чувство человека согласуется с наитием, настолько оно принимается им в мысль, ибо внутренняя мысль человека совершенно согласна с его чувством или любовью. Насколько же чувство его не согласуется, настолько и наитие не приемлется. Итак, если не мысль внушается человеку духами, а только любовь или расположение ко благу или злу, то очевидно, что человеку предоставлен выбор; что он свободен и может, размышляя, принять добро и отвергнуть зло, зная из Слова, что такое добро и что такое зло.