Начбез и его Бес

Я сделаю все, чтобы такие попытки у вас больше не удавались.

– Ну-ну… – пробормотал Балашов, вытирая лицо от кофе. – Попробуй…

– Я не попробую, я сделаю. У вас нет шансов против нас. Вы – один, ваши наемные шавки не в счет. У нас – команда. Артур, я, Милана, Светлана, Юрий, Захар. Но дело даже не в этом. Подумайте вот о чем, Антон Борисович. Вы тут только что так пламенно говорили о благе своей дочери. Но ведь у вас есть еще одна дочь. Она совсем кроха, ей несколько месяцев. А вам сейчас сколько? Пятьдесят восемь? Когда ей исполнится восемнадцать, вам будет… семьдесят шесть. Вы уверены, что доживете? А если доживете – ну, должны, вообще-то, вы же следите за своим здоровьем – то уверены, что будете в состоянии помогать и поддерживать ее в самом начале жизненного пути? А когда ей будет двадцать? Двадцать пять? Ее жизнь будет только набирать обороты. А ваша – уходить в закат. Кто будет с ней тогда? Вы так уверены в своей новой супруге?

– Что ты хочешь этим сказать? – резко спросил Балашов. – К чему этот мелодраматизм?

– Прекратите эту войну. И у вашей дочери сохранится семья. Те, кто будут с ней, когда вы с ней быть уже не сможете. Проявите мудрость и дальновидность, как это делал ваш отец.

Антон Борисович помолчал. Молчал он долго.

– А у тебя есть полномочия делать такие предложения? – наконец, хрипло спросил он.

– Если бы не было – я бы их не делал. Я не претендую на деньги агрохолдинга «Балашовский», но Милана и Артур – моя семья.

Балашов снова молчал. Снова долго. Заговорил резко и коротко.

– Хорошо. Руки пожимать не будем, ограничимся словами.

А потом он так же резко встал и пошел к выходу.

– Топор войны зарыт? – все же негромко окликнул его вслед Марат. Балашов замер. А потом, так же, не оборачиваясь, резко тряхнул рукой, словно сбрасывая на землю что-то тяжелое. И снова быстро пошел к выходу.

***

– Милана Антоновна! – секретарша Артура влетела в кабинет без стука, заставив Милану вздрогнуть и оторваться от рассматривания того, что она держала в руках. – Милана Антоновна!!!

– Так. Не ори и говори внятно.

– Там… там… у Артура Антоновича в кабинете…

– Что. Там.

Но сердце заныло. Что могло у Артура случиться? Папаша заявился?! Милана встала, обогнула стол и тряхнула секретаршу Артура за плечи.

– Ну?!

Она судорожно выдохнула

– Там Артур Антонович и Марат Хасанович. И у них… кажется… скандал… Они орут друг на друга так, что оглохнуть можно.

Милана даже моргнула от неожиданности.