Страж Вьюги и я

Лорд-хранитель никогда не экономил на снаряжении своих людей, и у нас были последние разработки бытовиков и артефакторов страны.

Сняв рукавицы и подышав на тотчас замерзшие пальцы, я принялась творить каркас куполовидного щита над нашей стоянкой. Когда его замкнут, ни одно живое существо не сможет к нам проникнуть, тогда как мы, если потребуется, выйти сможем. Закончив выполнение своих прямых обязанностей, я полюбовалась фиолетовым сияющим щитом, накрывшим достаточно большую территорию, и вернулась к вещам.

С легкой палаткой в форме полубочки я имела дело не раз и собирала ее быстро. Но не сегодня.

– Вот шмырь! – Я даже на миг закрыла глаза в надежде, что проблема мне привиделась.

Увы, через весь верх палатки шел косой разрез, и холодный ветер насмешливо трепал зеленую ткань, зачарованную на защиту от неблагоприятных погодных условий – дождя, снега, холода.

Я осталась без пристанища. Сообщить о неприятном происшествии Лонарду не успела – идущий с охапкой сушняка Йохан присвистнул:

– Ого! Кто-то этой ночью превратится в ледышку! – И он противно заржал.

Естественно, стражи побросали все и примчались ко мне.

– Палатка бракованная, – заявил Бур, почесав затылок под волчьей шапкой. – Иза, ты же большая девочка, почему не проверила ее на складе?

За меня вступился Фрост:

Лонард молча провел ладонью над разрезом.

– Чувствую остаточную магию. Здесь была временная заплатка.

Молчаливый Янар выдвинул логичное предположение:

– Кто-то из стражей сдал испорченную, замаскировав дефект? Глупо, все равно по журналу найдут, кто ее последний брал.

– Или Рагна, когда принимала новый товар от поставщиков, не заметила, потому что не обладает даже слабенькими способностями к бытовой магии, – недовольно заметил Бур.

О том, что мне палатку испортили умышленно, думать не хотелось. Это ничем не оправданная подлость – обречь человека на страшную смерть. Температура в горах ночью бывает настолько низкой, что выплеснутая вверх из фляги вода падает на землю кусочками звенящего льда.

Отнесший хворост Йохан подкрался сзади и попытался обнять.

– По старой дружбе, – его голос стал хриплым, – я пущу тебя под бочок, Изи.

– Иди ты к шмырям собачьим! – Я оттолкнула бессовестного блондина. – Обойдусь!

– Будешь ночью скрестись ко мне – не открою, – пригрозил Йохан, почему-то здорово разозлившись.

Я смерила его сердитым взглядом.

– Да я лучше в сосульку превращусь, чем к тебе под бочок!

– Что, Свер, выдохлось твое обаяние? – ехидно подколол Бур.