Жечь мосты и грабить корованы

Дал превратить себя в нежить, тьфу!

Было не очень понятно, зачем Картер тянет время, и это настораживало Виталика куда больше любых оскорблений. Он стал внимательно рассматривать помещение.

— Нежить, хи-хи, — осклабился старший инструктор. — Никто из вас ведь и правда не понимает, в чём преимущества этого состояния? Хотя вы уже могли догадаться, что не все ожившие мертвяки одинаковые. Быть неживым, но в то же время и не совсем мёртвым — это первый шаг к бессмертию! В подобном состоянии можно поддерживать существование веками, нет, даже тысячелетиями! Заменяя сгнившую плоть плотью свежей, как меняют одежды, — ухмылка Картера стала ещё шире.

— Нежить. То, что кажется вам падением вниз, на самом деле есть путь к возвышению! И чем более великим ты был при жизни, тем могучее станешь в посмертии. Так что я счастлив, что достиг состояния нежити на пике своей силы! А вот вы расстанетесь с жизнью дохляками, способными справиться разве что с толпой черни. Каковая толпа была не более, чем она была и при жизни — расходным материалом сильных мира сего.

Только сейчас Виталик заметил странное мельтешение маленьких пальчиков Картера. Инструктор тянул время не потому, что где-то в зале Братство поджидала засада, нет. Недорослик незаметно творил некое сложное заклинание, и, судя по ускорившейся моторике рук, оно должно было вот-вот сорваться с кончиков пальцев. Виталийсан ринулся в бой.

— Да, я нежить, но и вам больше не жить! — взревел Картер.

На сей раз атака монаха оказалась провальной. Как только нога гнома соприкоснулась с защитным барьером, окружившим недорослика буквально двумя секундами ранее, какая-то неведомая сила отбросила Виталиясана на другой конец зала.

Фаербол Хомки тоже отскочил от инструктора, врезавшись в противоположную стену, и едва не пришиб Сруль. Остальным сразу стало не до нападения. Каждый старался спасти свою жизнь."

"Ещё во время игры за орка-варвара Виталик приметил странность с иллюзией дракона, на котором новобранцы отрабатывали навыки боя. Сотканная из заклинаний тварь не просто казалась, она была отчасти материальной и могла наносить вполне неиллюзорный урон.

Теперь же из ниоткуда возникла целая дюжина драконьих голов, каждая из которых устремилась к ближайшему драконоборцу, желая перекусить пополам или испепелить свою жертву.

Зал сразу перестал казаться огромным: повсюду метались драконоборцы и преследующие их драконьи головы, вспыхивало синее пламя — хвала Создателю, на сей раз через некоторое время гаснущее.