Гарри Поттер и Кубок Огня

— Если б я не знал, что он с детства тупица, решил бы, что его долбануло Нападалой по мозгам...

— Людовик Шульман, вас застали при передаче информации одному из сторонников Лорда Вольдеморта, — продолжал мистер Сгорбс. — За это я рекомендую заключение в Азкабан сроком не менее...

Но отовсюду понеслись возмущённые крики. Кое-кто вскочил на ноги и, глядя на мистера Сгорбса, затряс головой и даже кулаком.

— Но я же говорю, я понятия не имел! — поверх гомона толпы очень искренне воскликнул Шульман, округляя невинные голубые глаза. — Ни малейшего! Старина Гадвуд — давний друг моего отца... мне и в голову не приходило, что он продался Сами-Знаете-Кому! Я думал, я собираю информацию для наших! А Гадвуд мне ещё обещал должность в министерстве... ну, когда я уйду из квидиша... не век же по мне Нападалами будут лупить, правда?

В зале кто-то прыснул.

— Ставим вопрос на голосование, — невозмутимо объявил мистер Сгорбс. Он повернулся к правой стороне аудитории. — Присяжные, будьте добры, поднимите руки... кто за тюремное заключение?..

Гарри посмотрел на правую часть зала. Руки не поднял никто. Зато многие зааплодировали. Одна из присяжных поднялась.

— Да? — гаркнул Сгорбс.

— Мы хотели бы поздравить мистера Шульмана с великолепным выступлением в прошлую субботу на матче против Турции, — задохнувшись от волнения, выговорила та.

Мистер Сгорбс вскипел. Подземелье зазвенело от дружных рукоплесканий. Шульман встал и, сияя, раскланялся.

— Нет слов, — прошипел Сгорбс Думбльдору, затем сел, а Шульман вышел из зала. — Гадвуд, видите ли, обещал ему должность... День, когда к нам присоединится Людо Шульман, станет одним из самых печальных дней в истории министерства...

И подземелье снова растворилось. Когда оно возникло опять, Гарри огляделся. Они с Думбльдором по-прежнему сидели около Сгорбса, но атмосфера в зале изменилась до неузнаваемости. Стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь бесслёзными всхлипами очень хрупкой дамы подле мистера Сгорбса. Она дрожащими пальцами прижимала ко рту носовой платок. Гарри внимательно посмотрел на Сгорбса. Тот ещё больше осунулся и поседел. На виске у него билась жилка.

— Введите, — приказал он, и его голос эхом отозвался в абсолютной тишине подземелья.

Дверь снова открылась. На сей раз вошли шестеро дементоров — они сопровождали четверых. Многие зрители поворачивались и смотрели на Сгорбса. Некоторые зашептались.

Дементоры усадили пленников в кресла с цепями.