Гарри Поттер и Кубок Огня

Краббе и Гойл поддержали выступление Драко Малфоя подобострастным хихиканьем.

Огрид растерялся.

— Радость от них какая? — пояснил Малфой. — Что они делают?

Огрид открыл рот, мучительно задумался и после паузы отрубил:

— Это уже следующий урок, Малфой. А нынче будете их просто кормить. И вот ещё чего, вы им подавайте разные вещи — у меня ж их раньше не было, не знаю, чего им по вкусу, — я тут принёс муравьиные яйца, лягушачью печёнку, кусочек ужа — попробуем дать всего понемножку.

— Сначала гной, теперь ещё и это, — пробормотал Шеймас Финниган."

"Только горячая привязанность к Огриду заставляла Гарри, Рона и Гермиону пригоршнями набирать осклизлую лягушачью печень, опускать её в корзины и пытаться заинтересовать ею драклов. Гарри не оставляло чувство, что занятие это совершенно бесполезное, потому что у драклов не наблюдалось ртов.

— Ой! — минут через десять заорал Дин Томас. — Он меня укусил!

Встревоженный Огрид поспешил к нему.

— Он взорвался с конца! — сердито буркнул Дин, демонстрируя Огриду ожог на ладони.

— А... точно... так бывает, они взрываются, — кивнул Огрид.

— Фу! — воскликнула Лаванда Браун. — Фу, Огрид, что это у них за острая штука?

— У них у некоторых жало, — с энтузиазмом поведал Огрид (Лаванда быстро отдёрнула руку от ящика). — Я так прикидываю, это самцы... а у самок штукенция на животе, вроде присоски... видать, кровь сосут.

— Теперь я наконец понимаю, зачем нам их выкармливать, — саркастично заметил Малфой. — Кто же откажется от питомца, который с одного конца жалит, с другого кусает, а с третьего — жжёт?

— То, что они неприятные, ещё не значит, что от них никакого прока, — огрызнулась Гермиона. — Драконья кровь очень полезна, но ты же не станешь держать дома дракона.

Гарри с Роном заговорщицки ухмыльнулись Огриду, и тот в ответ еле заметно улыбнулся под кустистой бородой. Огрид как раз очень даже стал бы держать дома дракона, о чём Гарри, Рон и Гермиона прекрасно знали, — когда они учились в первом классе, он одно время был счастливым обладателем кошмарного норвежского зубцеспина по кличке Норберт. Огрид обожал чудовищных монстров — чем смертоноснее, тем лучше.

— Что ж, по крайней мере, драклы маленькие, — изрёк Рон час спустя по пути в замок.

— Это сейчас, — безнадёжно вздохнула Гермиона, — но, как только Огрид выяснит, чем они питаются, они сразу вырастут футов до шести.

— Ну это же не важно, зато вдруг они, к примеру, от морской болезни помогают, — хитро усмехнулся Рон.