Непобедимая и легендарная

Лучше всего, чтобы они оказались дашнаками, мстителями за своих зверски замученных братьев и сестер. И чтобы они готовы были мстить убийцам даже ценой своей жизни.

– Мы отправимся в Турцию? – догадался Камо.

– Ты угадал, – кивнул Сталин, – именно в Турцию. Для успеха дела революции нам необходимо уничтожить несколько турецких политиков и офицеров, опасных нашей советской власти и запятнавших себя кровью армян.

– Хорошо, Коба, – ответил Камо, – я все понял и готов выехать немедленно. Теперь скажи мне, кто тот человек, с которым я должен связаться в Севастополе?

– Офицер, – отшатнулся Камо, – да еще и турок.

Коба, да ты что, с ума сошел?! Ведь ты же знаешь, как я ненавижу и тех и других!

– Ну, Коба, разве что ты за него ручаешься, и если он действительно таков, как ты мне говоришь, – смутился Камо, – то я поеду в Севастополь и сделаю все, что скажет мне товарищ Османов, и что необходимо для дела нашей революции.

При встрече в Севастополе майор Османов посмотрел на Камо заинтересованным взглядом и предложил ему переговорить там, где их никто не сможет подслушать, предложив в качестве такого места крышу Константиновского равелина.

И вот все получилось так, как гласит известная мудрость – политика укладывает в одну постель самых разных людей. Если товарищ Сталин сказал, что надо – значит, надо!

Вот уже час Камо и Османов стояли на крыше Константиновского равелина и, любуясь белопенными волнами, бегущими под низким серым небом, со знанием дела обсуждали вопрос, который должен был еще раз изменить привычное течение истории.

– Значит, так, товарищ Османов, – сказал Камо, когда собеседники остались наедине, – группа для планируемой акции подобрана, как и просил меня товарищ Коба. Все они из числа дашнакских боевиков. Ребята все опытные, храбрые, местами до безумия. У всех из них турки убили или близких родственников, или друзей. Подробностей акции и имена тех, кого они должны уничтожить, я им еще не сообщил.

– Дашнаки, товарищ Камо, – произнес Османов, глядя в глаза своему собеседнику, – на данный момент могут быть нашими попутчиками.

Но не более того. Они националисты, а для нас, товарищ Камо, нет разделения людей на нации. И потому когда мы начнем устанавливать в Армении советскую власть, то из попутчиков дашнаки могут стать нашими злейшими врагами. Прошу это иметь в виду.

– Товарищ Османов, – Камо в свою очередь посмотрел в глаза майору, но тот выдержал его пронзительный взгляд, – примерно то же самое мне уже говорил товарищ Коба. И я верю ему.