Непобедимая и легендарная

Сказав это, майор Мюллер бросил в мою сторону такой взгляд, что стало понятно – обязательно навесят какую-нибудь их германскую висюльку, которая нужна мне как зайцу стоп-сигнал.

И, действительно, наш поезд мчался через оккупированную немцами Польшу и саму Германию, словно «Красная стрела», по пути обгоняя уже редкие воинские эшелоны. Основные силы с Восточного фронта уже были переброшены на запад. И суток не прошло, как мы с генералом Игнатьевым оказались на Силезском железнодорожном вокзале Берлина.

Только теперь, пожалуй, я почувствовал – насколько серьезные люди пришли в России к власти.

И если я раньше с некоторым скепсисом смотрел на бывших адвокатов, литераторов и сыновей сапожников, ставших государственными деятелями, то теперь, увидев, с каким почтением к ним относятся высшие чины Германской империи и даже сам кайзер Вильгельм, я понял, что Россия, пусть и советская, снова вошла в разряд великих держав. Во всяком случае, здесь, в Берлине, Россию считали именно великой державой и никак иначе.

Наш поезд прибыл на Schlesischer Bahnof – Силезский вокзал германской столицы. Почетного караула и оркестра не было, но зато встретить госпожу Антонову на вокзал приехал сам канцлер империи – гросс-адмирал Альфред фон Тирпиц. Выглядел он неважно – как я понял, сказывались последствия тяжелого ранения в Стокгольме. Генерал Потапов вкратце рассказал мне о том, что произошло во время визита Нины Викторовны в Швецию. Если все так оно было, то эта дама, носящая столь высокое звание, вела себя весьма достойно, как, впрочем, и сопровождавшие ее офицеры.

Германский канцлер дружески обнял госпожу Антонову. Еще бы – ведь она два месяца назад спасла ему жизнь – такое не забывается.

Потом мы сели в стоявшие у вокзала авто и в сопровождении эскорта германских кавалеристов отправились прямиком в Цецилиенгоф – новый королевский дворец в окрестностях Потсдама. Как сказала мне Нина Викторовна, в этом дворце была установлена радиостанция пришельцев из XXI века, с помощью которой можно было напрямую связаться с Петроградом и сообщить о результатах наших переговоров.

Во дворце нашу делегацию принял сам кайзер Вильгельм. До этого я видел его еще в довоенные времена. Сейчас он мне показался постаревшим и сильно утомленным.

– Господа, – сказал он, – я рад видеть вас, своих друзей, у себя в гостях.

– Да-да! – воскликнул он, заметив мою легкую усмешку, – именно друзья. Ведь настоящие друзья познаются в трудную минуту.