Незавидный холостяк

Не накраситься и пойти прямо так, в домашних джинсах и старом свитере.

Чтобы в следующий раз думал, прежде чем вот так наглеть!

В следующий раз…

Но я подозревала, что Кирилл даже не обратит внимания, во что я там одета. Зато сама сгорю со стыда, куда бы он меня ни повел. Даже если в «Макдональдс».

Поэтому я вздохнула, закатила глаза, фыркнула – выразила, короче, свое отношение – и пошла переодеваться и мыть голову.

Накрасила ресницы, влезла на каблуки… передумала и сменила туфли на кроссовки. Не заслужил!

Но к тому времени как Кирилл позвонил, коротко предложив: «Спускайся!», я уже остыла и даже начала волноваться.

Может, все же туфли?

Или нет?

Или да?

Ладно!

В последний момент я еще и губы накрасила. Просто не удержалась.

Оказавшись на улице, я поняла, почему Кирилл не стал сообщать, на каком экземпляре из его коллекции роскошных авто он сегодня прибыл.

Сверкающее зеркально-бирюзовое чудовище торчало посреди дворовой парковки, затмевая собой солнечный свет. Стоящий рядом Кирилл сиял не хуже.

– Нравится? – первым делом спросил он, глядя на свою игрушку тем взглядом, который девушка, пришедшая на свидание, хотела бы ощущать на себе. – Новенькая, сегодня только забрал.

– Обалде-е-е-еть… – совершенно искренне выдохнула я.

– «Шевроле-Камаро-ZL1», шестьсот пятьдесят лошадиных сил, восемь цилиндров, до сотни за три с половиной секунды, можно выжать триста пятьдесят… Но главное – обвес… Ну и цвет! Чума, да?

– Чума, – согласилась я, посмеиваясь про себя. Мальчики никогда не взрослеют, только игрушки становятся дороже и опасней.

– Садись! – Кирилл открыл мне дверь.

Надо было все-таки надеть каблуки. В таких машинах возят самых роскошных девушек.

В нашем дворе негде было разгоняться до сотни за три с половиной секунды, но Кирилл очень постарался это сделать. Шины взвизгнули, сверкающая корма чуть не снесла куст сирени на повороте – но влившись в поток, табун в шесть сотен лошадей все-таки немного присмирел.

– А куда мы едем? – спохватилась я.

– Сюрприз! – ухмыльнулся Кирилл. Он оглаживал руль с таким видимым наслаждением, так кайфовал в кресле водителя, с такой нежностью касался каждой мелочи в этой машине, что я не знала: то ли отвернуться и не мешать их любви, то ли позавидовать, то ли… Не знаю, что еще!

– Я не хочу в ресторан! – еще раз напомнила я.

– Правда? – Кирилл бросил на меня быстрый взгляд. Огни оранжевых фонарей бликовали на медных волосах, зажигая их огнем. – Ну ладно, значит, не будет ресторана.

Я совсем растерялась.