Хочу тебя навсегда

— За три дня? — спрашиваю с усмешкой.

— Ну да.

— О, поверь, у Веры отличная память. Слово «папа» звучало не меньше сотни раз в день.

Жаров улыбается шире и нежно гладит дочь по спине. Я вижу, что ему безумно приятно об этом слышать.

— Спасибо за цветы, — спохватываюсь, прижимая к себе огромный букет из нежно-голубых гортензий. – Они чудесные."

"У меня нет времени на долгое общение с Ярославом, потому что впереди важная тренировка, после чего запланирована поездка в больницу. Обычно я брала с собой дочь, потому что бабушке последние дни нездоровится, но сегодня на смену заступил Жаров.

И я могу быть спокойна, ведь он прекрасно позаботится о Вере.

Я достаточно быстро доезжаю до места тренировки. Переодеваюсь в удобный обтягивающий топ и короткие шорты. Выхожу на корт. Илья Степанович поторапливает и заставляет самостоятельно делать разминку, пока он кому-то звонит и на кого-то громко кричит. Когда он в таком настроении, то его лучше не злить.

Я бегаю, выполняю приседания и прыжки на скакалке.

Сердечный ритм частит, на лбу выступают бисеринки пота.

Тренер раздраженно бросает телефон на сидение и резко разворачивается ко мне.

— Матч в Портороже перенесли на неделю, — цедит сквозь зубы.

— Это хорошо. Будет время подготовиться.

— Ты не поняла, Валенцова! На неделю раньше, не позже.

— Вот чёрт!

— Первый круг четырнадцатого, второй пятнадцатого, — произносит Илья Степанович. — А дальше, как пойдет. Я надеюсь, что ты выйдешь хотя бы в полуфинал. У нас всего три дня до вылета.

Я сразу же думаю о том, что нужно успеть собрать Верушку и бабулю. И конечно же, предупредить Ярослава, что некоторое время нас не будет. Он наверняка расстроится, потому что сам недавно вернулся из командировки и не успел как следует насладиться общением с дочерью, но я привыкла всегда брать Булочку с собой.

Ещё становится грустно, что придётся оставить Жеку. Подруга слабая, с трудом передвигается. После кесарева сечения очень сложно восстанавливаться, тем более, когда ребёнок не с тобой, а в реанимации.

И впереди нет стопроцентной уверенности на хороших исход.

Тренер гоняет меня до полного изнеможения. Руки и ноги слабеют. Пот катится по телу в три ручья, кислорода не хватает. Вместо обещанных полутора часов занятий, мы заканчиваем спустя два с половиной. И только после того, как я молю о пощаде и напоминаю о недавно родившей невестке, которая меня заждалась.

Быстро принимаю душ. Надеваю джинсы, футболку и лёгкую куртку.