Что хочет женщина…

 – Ужасно быть неправым по отношению к кому-то, верно?

– Да.

Они немного помолчали. Шарлотта твердо решила пока что не требовать от Сьюзен объяснений. Она прошла через ад не затем, чтобы племянница снова ее возненавидела.

– Ты действительно невредима? – нерешительно спросила Шарлотта наконец. – Дэниел… Дэниел ничего тебе не сделал?

Сьюзен потеребила складку юбки.

– Нет. Мы говорили людям, что я его овдовевшая сестра. – Она прерывисто вздохнула: – Но он ничего мне не сделал. Ничего.

Шарлотта закрыла глаза:

– Слава богу!

– Тетя Шарлотта!

Сьюзен дрожащими пальцами комкала юбку.

– Ты ужасно на меня сердита? – жалобно и тихо выговорила Сьюзен и нерешительно подняла глаза. В этот момент она казалась одинокой, отчаявшейся девочкой.

– Нет, – покачала головой Шарлотта. – Ты поступила, как юная, неопытная девушка. Я слишком хорошо знаю, каково это – быть молодой и чувствовать себя так, словно тебя никто не понимает и не уважает. Я знаю, как легко поддаться очарованию человека, который предлагает увезти тебя от спокойной, размеренной жизни и показать волнующий и чудесный мир.

 – Шарлотта тяжело вздохнула: – Себя я виню куда больше. Мне бы в голову не пришло, что грабитель может использовать тебя, чтобы добиться цели. Я получала предупреждение за предупреждением, знала, что ему нужно что-то, и все же игнорировала это, потому что не могла вынести мысли о том, чтобы открыть эти ящики и выпустить на волю призраков прошлого, которых хотела забыть. Я никогда… – Ее голос дрогнул. – Я даже не предполагала, что Дэниел посмеет дотронуться до тебя.

– От твердил, что ты отошлешь меня в школу, – шмыгнула носом Сьюзен. – Подслушал, как мы спорили той ночью. После твоего ухода поднялся по шпалере и сказал, что путешествовал по Италии и слышал про тебя много историй. Что ты женщина с ледяным сердцем, которая не терпит тех, кто посмел тебе возражать. Я начала бояться, потому что наговорила тебе много всего недоброго, а ты так рассердилась на меня, когда мы были у Мартинов. Дэниел очень мне сочувствовал и был так участлив! Когда я сказала, что не хочу ехать в школу, но мне больше некуда идти, он сказал…

Ее голос задрожал.

– Он сказал, что я самая прелестная девушка из всех, кого он видел в Англии, и чувствует себя ужасно из-за того, что меня запрут в какой-то кошмарной школе, где от девушек требуют весь день вышивать и варить мыло. Он описывал все это так, словно меня запрут в тюрьме, а я… я была так жестока с тобой… – бормотала Сьюзен, растирая глаза.